СВ. ГЕОРГИЙ ПОБЕДОНОСЕЦ
(Записал Н. К. Кесаев)
Горно-осетинское сказание
Раз Уаскерги (так называют осетины-горцы из Дигорского ущелья св. Георгия Победоносца), приняв образ простого странника, пошел, по обыкновению, горными тропами проведать житье-бытье обитателей ущелья, чтобы, познакомившись с нуждами их, оказать каждому нужную помощь. Прибыв в одно село, он направился к одному хадзару, лежавшему на краю села. Хозяин дома, бедный изможденный горец Батрадз, увидя подходившего к его хадзару незнакомца, вышел к нему навстречу и, после обычного приветствия, пригласил его в комнату погреться у очага. Стоял конец декабря и было холодно. Во время скромного ужина, предложенного хозяином гостью, последний разговорился с ним о его житье-бытье. Нелегко приходится мне, ибо те жалкие клочки, что имеются в моем распоряжении, при скудости урожаев, получаемых с них, не в состоянии прокармливать меня с семьею, вследствие чего нам нередко приходится жить впроголодь. Другое дело, если бы я располагал достаточным количеством плодородной земли, тогда бы я меньше знался с нуждою и лишениями всякого рода. Но где мне, бедному, мечтать о таком счастье! - тяжело вздохнув, закончил свою речь горец. - Отчаиваться не следует, - сказал ему незнакомец, чтобы подбодрить его: - У Бога милостей много, и он щедро наделяет ими всякого, кто у него просит с верой и надеждою; поэтому падать духом не надо, а нужно с любовью отдаться своему труду, памятуя, что счастье и довольство можно найти только в самоотверженном труде, направленном на пользу себе и ближнему. Долго еще говорил незнакомец с приютившим его бедным горцем в том же духе, сидя у ярко пылавшего очага, разведенного из сухих сосновых веток и разливавшего вокруг приятную теплоту. Наконец, горец уложил гостя в приготовленную постель и, пожелав ему спокойной ночи, пошел на свою половину, но под влиянием слышанного от незнакомца долго не мог заснуть. Вознагради тебя Бог за то, что ты дал приют бедному страннику, - сказал незнакомец горцу утром при прощании с ним, - уповай на милость Бога и трудись, и верь моему слову. Твоя мечта о богатом урожае осуществится не далее как с весны будущего года.
Незнакомец еще раз поблагодарил горца за радушный прием, пошел по направлению к другому селу, расположенному недалеко от первого. Последние прощальные слова, сказанные незнакомцем касательно урожая, ожидающего горца, если он будет трудиться, уповая на милость Бога, затаили в душе его, горца, подозрения: не Уаскерги ли был посетивший его гость-незнакомец. Волнуемый этими мыслями, горец вернулся в хадзар и рассказал об этом домашним и соседям, которые собрались к нему побалакать по случаю незнакомца, почивавшего у него. Все были озадачены таинственным незнакомцем, но к определенному решению относительно его личности не могли прийти. Между тем Уаскерги, приняв другой образ, подходил к хадзару среднего брата, посещенного им в первом селе горца. Урузмаг, так звали среднего брата Батрадза, увидя гостя, идущего по направлению к его хадзару, вышел к нему навстречу и, после радушного приветствия, пригласил его погреться у очага, подкрепиться, чем Бог послал, и отдохнуть.
После ужина, сидя у ярко пылавшего очага, незнакомец завязал с Урузмагом разговор по поводу его житья-бытья. Трудно приходится мне, - сказал Урузмаг, - ибо нивы мои приносят средние урожаи, едва прокармливающие меня с семьей. Другое дело, если бы я располагал хоть небольшим стадом овец и коз, содержание которых обходится не столь дорого; тогда бы я, получая с них овчину и шерсть на одежды и постельные принадлежности, молоко на сыр и кефир, мясо на суп и жаркое, меньше знался бы с нуждою, но где мне, бедному горцу, мечтать о таком счастье? - тяжело вздохнув, закончил свою речь Урузмаг. Падать духом не надо, - сказал ему незнакомец: - у Бога милостей много, и он щедро наделит ими всякого, кто у него просит с верой и надеждою и притом с любовью отдается делу, которое ему предназначил Бог, помятуя, что счастье и довольство заключаются только в самоотверженном труде, направленном на пользу себе и ближнему. Поговорив еще некоторое время, гость и Урузмаг, пожелав друг другу спокойной ночи, расположились на отдых. - Уповай на милость Божью, - сказал Уаскерги утром, прощаясь с Урузмагом, - и он не забудет наделить тебя своими щедротами. Если ты будешь уповать и надеяться на него, то мечты твои о небольшом стаде овец и коз осуществятся не далее как весною будущего года.
Сказав это, Уаскерги направился в третье село, тоже находившееся недалеко от второго села. Урузмаг, пораженный необыкновенными речами незнакомца, провожал его глазами до тех пор, пока он не скрылся за ближнюю скалу, а затем вернулся в хадзар, где ожидали его возвращения семья и соседи, и рассказал им о своих подозрениях на счет личности гостя-незнакомца, почивавшего у него. После некоторого молчания, присутствовавшие решили, что незнакомец был не кто иной, как Уаскерги, и предсказали Урузмагу, что его ожидает в будущем счастье.
Газ. «Терские ведомости». 1907. №1
Между тем Уаскерги подходил к третьему селу и направился к хадзару младшего брата Батрадза и Урузмага Сослану, жившему со старухой-матерью в бедности. Сослан, молодой человек лет 18-20, увидя подходившего к его хадзару незнакомца, выбежал к нему навстречу и, сказав обычное приветствие, пригласил его в хадзар погреться, откушать хлеба-соли и отдохнуть от дороги. Сидя вокруг ярко пылающего очага, Уаскерги разговорился с матерью и сыном о их житье-бытье и мимоходом затронул вопрос о том, что больше занимает Сослана земледелие, скотоводство или что другое.
- Я Уаскерги, - открылся Сослану и его матери незнакомец, и потому, чтобы отблагодарить вас за оказанное мне радушие и гостеприимство, хотел бы знать, что вам больше нравится для вашего счастья и благополучия.
Сослан, посоветовавшись с матерью, просил Уаскерги подождать его, пока он не спросит своих дядей, живших недалеко от села. Получив одобрение Уаскерги, Сослан пустился в путь и через час был у цели прихода.
- Здравствуй, племянник, приветствовал Сослана младший дядя, который несмотря на свои сравнительно молодые годы весь был седой, - где был, как поживаете? Сослан в кратких словах посвятил дядю в секрет своей миссии и просил у него по этому поводу совет.
- Дело хорошее, - сказал дядя, - но лучше сходи к старшему брату, ибо он опытнее меня и потому даст тебе лучший совет. Сослан побежал к старшему дяде, который жил немного поодаль.
- Здравствуй, здравствуй, дорогой племянничек! - приветствовали Сослана старший дядя и тетка.
- Как поживает наша дорогая сестра Косерхан? Как ваши дела? Зачем ты пришел в такой неурочный час? - засыпали Сослана вопросами дядя и тетя. Сослан, умиленный, с одной стороны, ласковым приемом, оказанным ему старшим дядей и тетей, а с другой, пораженный сравнительно молодым видом его - еще ни одна седина не украшала голову и бороду дяди, второпях отвечал на вопросы дяди и тети; наконец, успокоившись, рассказал им о цели своего прихода.
Дигорук, так звали старшего дядю Сослана, похвалил племянника за благоразумный поступок, сначала угостил его, чем Бог послал, а потом дал ему и свой совет.
- В жизни человека имеют большое значение и богатства всякого рода, но лучшего богатства и лучшего счастья нет, как обладание хорошею, верною и послушною подругою жизни. Без хорошей, любящей жены богатства, кроме горечи, ничего не приносят. Укажу, как на пример, на своего младшего брата, а твоего дядю Беслана, который, несмотря на сравнительную молодость свою и обеспеченность, выглядит уже стариком и чувствует себя несчастным, потому что жена его, а моя невестка, не вмещает в себе доблестей хорошей, верной и любящей женщины. Поэтому мой тебе совет: проси у Уаскерги, чтобы он испросил тебе у Господа в подруги хорошую, верную и любящую жену. Поблагодарив дядю, Сослан мигом очутился в своем хадзаре, где Уаскерги продолжал беседовать с его матерью, и передал ему свое желание.
- Разумное ты решение принял, Сослан, - сказал ему Уаскерги и, поблагодарив милое семейство за оказанное гостеприимство, исчез за ближней скалой. Летом следующего года Уаскерги, желая проверить своих старых знакомых, опять принял образ странника и пошел к Батрадзу, который возле своего хадзара занимался молотьбой хлеба, который у него уродился весьма обильный.
- Бог в помощь! - сказал Уаскерги Батрадзу, подъехав к гумну, где происходила молотьба.
- Не будешь ли так добр, чтобы накормить лошадь мою, которая устала от трудного и долгого пути, отбросами хлеба.
- Если каждому проезжающему давать корм для его лошади или осла, да вдобавок кормить его самого, то от моего хлеба ничего не останется для семьи. Проходи, Бог тебе даст.
Уаскерги, опечаленный, что Батрадз в довольстве, полученном им по его молитве, позабыл священный обычай гостеприимства, поехал в другое селение, где жил Урузмаг. На поляне, покрытой зеленою сочной травой, прыгали молодые барашки и козлятки, а поодаль паслось стадо овец и коз под личным присмотром самого Урузмага.
- Бог в помощь! - сказал Урузмагу Уаскерги, подойдя к нему близко.
- Не найдешь ли возможным от твоих трудов подарить одного барашка бедному страннику, чтобы он со своими товарищами мог подкрепиться вкусным шашлыком.
- Если каждому проходящему по дороге давать по барашку, то от стада останется только одно воспоминание. Проходите, Бог вам даст, а у меня лишнего нет. Возмущенный неблагодарностью и Урузмага, Уаскерги направился в третье село, где жил Сослан. Последний, увидя странника с товарищами на усталых лошаденках, побежал к ним навстречу и, после обычного приветствия, просил их завернуть к нему, подкрепиться, чем Бог пошлет, и отдохнуть. Странники, уступив просьбам Сослана, слезли с лошадей и вошли в дом его. Сослан первым долгом накормил усталых лошадей зерном, а потом побежал ухаживать за гостями; но жена Сослана, молодая горянка Дзерасса, уже хлопотала об угощении странников. Спустя немного времени гости были накормлены и отдыхали под тенью сосны.
- Только один Сослан оказался достойным моих молитв пред Богом, - сказал Уаскерги своим странникам, а другие два брата не оправдали оказанного им благодеяния: поэтому Батрадз и Урузмаг лишаются своих богатств, которые отныне перейдут к Сослану.
Сослан с этого дня, действительно, стал богат благодаря своему гостеприимству, жене остался верен до самой смерти, завещая и детям следовать его примеру.
Газ. «Терские ведомости». 1907. № 2
