О ДЕТСКОЙ РЕЧИ

М. И. Исаев,
кандидат филологических наук

О ДЕТСКОЙ РЕЧИ
(в дигорском диалекте осетинского языка)

Термин «детская речь» («детский язык», «детская лексика») условен. Им обозначается тот упрощенный язык детей, которому учат их и на котором общаются с ними родители и другие взрослые. Детский язык является исторически сложившимся, устойчивым и общим в своей основе для всех носителей данного языка, диалекта и т. д.
Дети усваивают свой родной язык не сразу. Известно, что первые 2-3 месяца у ребенка наблюдается только «гуление». Ни о какой речи в этот период нельзя говорить. Последующие 2-3 месяца «гуление» переходит в «лепетание», которое также еще не речь. Оно является как бы подготовкой к звуковой стороне будущей речи. Элементы речи у детей появляются только в последние месяцы первого года. Последующие год-полтора речь детей еще отличается от речи взрослых. Этим «языком» пользуются также взрослые в обращении с детьми.
Отличительные особенности «детской речи» от языка взрослых могут быть специфичными для каждого данного языка и даже диалекта.
Вместе с тем лексика «детской речи» в языке образует определенную замкнутую группу слов, которые по некоторым основным признакам (фонетическому, морфологическому, по происхождению) обычно стоят особняком и не отражают основных закономерностей развития словаря данного языка. С другой стороны, слова из «детской речи» подчиняются каким-то «своим» закономерностям. Замечено также имеющееся взаимодействие «детского языка» с «языком взрослых».
В языке особую группу образуют не только слова из «детской речи». Свои специфические особенности имеют, например, и так называемые «мимео-изобразительные» (или «звукоподражательные») слова, и слова, отражающие звуковую символику.
Названные три «автономные» группы слов нельзя оставить не исследованными, если мы стремимся к максимально полному изучению данного языка. С другой стороны, подобные группы слов представляет большой теоретический интерес. В их закономерностях можно наблюдать некоторые общие черты.
В осетинском языке «мимео-изобразительные» слова и слова изображающие звуковую символику в языке, уже исследованы В. И. Абаевым. Им же подготовлена специальная работа, посвященная «детской речи» иронского диалекта осетинского языка.
Данная статья посвящена анализу «детской речи» дигорского диалекта, которая отличается от таковой в иронском.
Рассматриваемый материал собран летом 1956 года на родине автора, в селении Лескен, Ирафского района Северо-Осетинской АССР. Материал пополнялся и проверялся также в последующие годы и в других пунктах.
«Детская речь» дигорского диалекта отличается от языка взрослых дигорцев целым рядом характерных особенностей.
Прежде всего следует отметить ограниченность лексического состава «языка детей». Приводимые нами в конце статьи семь десятков слов по-видимому охватывают почти полностью весь детский словарь.
Далее бросается в глаза почти полное отсутствие грамматики в обычном ее понимании. Можно говорить лишь о зачатках некоторых грамматических категорий.
Если подойти к лексике с точки зрения деления слов на части речи, то заметим следующую картину. Около 2/3 словарного состава носит именной характер, т. е. называет предметы. Причем слова называют обычно не конкретные предметы, а понятия обобщающего характера. Например, слово баппу «хлеб», обозначает и «чурек» и всякие другие хлебные изделия. Слово бæппа означает всякое жидкое кушанье. Также словами баба, нана дети зовут всякого пожилого мужчину и пожилую женщину и т. д.
Одна треть собранных нами слов обозначает понятия глагольного характера. Некоторые из этой группы слов могут иметь также именное значение. Так, слово бӕтте может обозначать как действие «связывать», так и - «платок»; слово биззе означает и процесс «болеть» и «рану, ушиб» и т. д. К словам - понятиям глагольного характера может присоединяться вспомогательный глагол кæнын «делать». В таком случае они становятся «настоящими» составными глаголами, которые многочисленны в осетинском языке. Однако вспомогательный глагол обычно употребляют взрослые в общении с детьми. Сами же дети предпочитают обходиться без него, особенно в первые месяцы своей речевой практики.
Кроме указанных двух категорий слов, выделяются два слова - понятия прилагательно-наречного характера: додо и гихха. Первое обозначает положительное качество, признак, второе - отрицательное.
Этим, пожалуй, и ограничивается вся «грамматика детской речи». Ни о каком спряжении, склонении или синтаксисе, конечно, не может быть и речи. (Мы исключаем вспомогательный глагол кӕнын, который, как сказано выше, стоит особняком и употребляется взрослыми в общении с детьми).
Звуковая сторона детской речи также характеризуется рядом особенностей.
Семь дигорских гласных фонем встречаются все, но далеко не одинаково часто. Приведем количество употребления каждой гласной фонемы:
а – 30 раз
æ – 21
и – 21
у – 15
о – 12
е – 11
й (долгий) — 1 раз

Как видим, самым употребительным гласным звуком является а, который встречается чаще других и в языке взрослых. Наоборот, долгий и встретился только в одном слове дзибӕ (птица). Долгий и в самом дигорском диалекте чрезвычайно редок. Слово дзибӕ звучит по-видимому заимствовано из иронского диалекта, где и обычно долго (сильно). Видимо, из иронского заимствовано и слово дзуцц (см. список слов в конце), о чем свидетельствует долгое (сильное) звучание гласного. Дигорский у всегда краток (слаб), иронский же, наоборот, всегда долгий (сильный).
Приведем теперь список встречающихся в детской речи согласных (с включением в него так называемых полугласных й и у):
г – 30 раз
дз – 15
д – 9
л – 6
м - 4 раза
н – 3
къ – 2
к – 2
с – 1 раз
т – 1
з – 1
тъ – 1
у – 1

геминированные:
ц – 8 раз
к – 8
п – 5
з – 2 раза
т – 2
л – 1 раз
м – 1
с – 1
х – 1

Прежде всего следует заметить, что из 23 дигорских согласных (и полугласных) фонем не находим семерых смычно-гортанных пъ, цъ; увулярных хъ, гъ, губных щелевых ф, в и дрожащего р. Два звука – зубной глухой аффрикат ц и увулярный щелевой х встречаются только в геминированной форме.
Нарисованная картина употребляемости согласных в детской речи позволяет сделать некоторые обобщения.
1. Весьма распространено в детской речи явление геминации.
2. Безраздельно господствуют в детской речи звонкие согласные, которых 56 из 76. Второе место занимают близкие к ним по своей природе (по участию голоса) носовые (7) и плавный л (6). Совсем редко встречаются глухие (4 раза три звука) и смычно- гортанные (3 раза два звука).
3. Подавляющее большинство геминированных относится к так называемому «четвертому ряду смычных», характерной особенностью которых является отсутствие как смычно-гортанности, так и придыхания.
Так же как глухими придыхательными и смычно-гортанными, детская речь скупо пользуется щелевыми. Об этом свидетельствует то, что из шести дигорских щелевых встречаем лишь три, да и то только 5 раз.
С точки зрения пристрастия детской речи к тем или иным фонемам, интерес представляет и картина начальных звуков:
с г начинается 28 слов
с дз – 11
с б – 10
с д – 6
с ц – 3 слова
с къ – 2
с м – 2
с а, æ, л, н, т, тъ, у – по одному слову.

Интересно отметить также, что почти все слова детской лексики являются двухсложными. Среди семи десятков слов находим только четыре односложных. Однако, если исключения поддаются объяснению, то и это служит доказательством основной закономерности. Односложность трех слов может быть объяснена. Слово гос восходит к односложному же гъос «ухо» в языке взрослых; то же самое слово къан – к хъан «лежащий». Тъа является звукоподражательным подражательным словом – изображает звук во время питься. (О слове дзуцц мы сказали выше). Остается необъясненным слово гаф «штаны», «трусики» и т. д., которое восходит к двухсложному слову хӕлаф. Таким образом, в качестве одной из звуковых закономерностей слов из детской лексики можно указать на их двусложность.
Слова детской речи по своему происхождению лексике взрослых разбиваются на четыре группы.
1. Наиболее обширную группу (около трех десятков) образуют слова, имеющие соответствия в лексике взрослых. Обычно эти слова претерпевают фонетические изменения в сторону упрощения. Например, инфинитив теряет свой суффикс:
бӕттын «связывать» - бӕтте
бадын «сидеть» - баддзи и т. д.
Другим характерным изменением является замена ряда начальных согласных звонким заднеязычным смычным г.
къах (нога) — гаккӕ,
хӕлаф (штаны) – гаф
гъӕбес (объятья) - гӕбей
фӕткъу (яблоко) – гӕкку
кизгӕ (девочка) - гиккӕ
гъос (ухо) - гос и т. д.

2. Происхождение другой группы слов (около десятка), по-видимому связано с звукоподражанием. Например:
ӕмме – «кушать»
дӕппе - «бить»
дзӕпп-дзæпп – «купаться» (в языке взрослых цъӕпп-цъӕпп).
гитти - нос (в языке взрослых хитт) и т. д.
3. Особняком стоит в детской речи группа слов, связанных с наименованием детьми родителей, родных и вообще старших.
баба – отец, дедушка, всякий старик
дзацци – бабушка, всякая старуха
гагу – дядя
нана – мать, бабушка и т. д.
За последний период сюда же вошли заимствованные из русского слова мама и папа.
Характерной особенностью этой группы слов является то, что они остаются в языке детей и в последующие годы. Эти слова в языке взрослых являются как бы «пережитком» детской речи.
4. Следующая группа слов связана с наименованием домашних
животных.
дзибӕ – домашняя птица
дзиги - коза
гӕбуци – собака
гæцци – теленок и т. д.
Характерным для данной группы слов является то, что они также встречаются и в речи взрослых. Однако в их семантике происходит некоторое изменение. Если они в детской речи обозначали самих животных, то в языке взрослых выражают обращение к животным. Так подзывают домашнюю птицу словом дзибӕ (дзибӕ, дзибӕ, дзибӕ...); слово гӕсси - корову (гӕсси, гӕсси, гӕсси...), словом гӕцци – телят (гӕцци, гӕцци, гӕцци...).
Интересно заметить, что эти же слова употребляются при желании отогнать животное. Меняется только интонация. В языке взрослых этот тип слов представлен в несколько раз шире, чем в детской речи.
5. Наконец, остается группа слов (около двух десятков), которые трудно объяснить непосредственно из осетинского языка. Это такие слова, как: бала (значение их см. ниже), булла, додо, дай-дай, гого, лоло, уцци, цаца и т. д. По-видимому, некоторые из этой группы слов имеют иноязычное происхождение.
В заключение приводим список собранных нами слов (опускается при этом несколько неблагозвучных слов):
акӕ (акки) - яйцо
ӕмме (ӕммо) – кушать
баба - дедушка
баппу - хлеб
баддзи - сидеть
бӕппа – похлебка, жидкая пища
бӕтте – связать, веревка
биззе - боль
бицце - мальчик
булла – спать
буппу - падать
гага - гостинец (конфеты, орехи и т. п.)
гагу - дядя
гакка - обувь
гаккæ - нога
гаф — штаны, трусики
гаффет - конфета
гӕбей (гӕби) - объятия
гӕбуци - собака
гӕла - глупый
гӕззо – зуб
гæкку – яблоко
гӕлау - выглядывать
гӕндзу – зуб, крючок
гӕсси - корова
гӕцци - теленок
гецца - качели
гиги - девочка
гиккӕ - девочка
гитти - нос
гихха - плохой
гобӕзе - платок
дада – отец, дедушка
отец, дедушка
дай-дай - гулять
дацци - бабушка
дӕппе - бить
додо - хороший
дзай-дзай - нести ребенка на плечах.
Дзӕпп-дзӕпп - купаться
Дзӕцца - глаз
Дзӕкке - палка
Дзедзе – сосок, грудь
Дзибӕ – курица, домашнаяя птица
Дзиги (дзугу) - коза, козленок
Дзицци - Домашняя птица
дзоцци - бабушка
дзуцц – тыкать пальцем в кого- нибудь
екку - ложка
къан - ложиться
къули - обниматься
лоло - повозка
мамА - волк, что-нибудь страшное, чем пугают непослушных детей
мАма - мама
нана – мать, бабушка
туку – кошка
тъа – пить
уцци – вставать
цух-цух – литься

Известия СОНИИ том XXI, выпуск IV, 1959 г.