О. Г. Тедеева
«ДИГОРИЗМЫ» В СТАРОДЖАВСКОМ
(По текстам И. Ялгузидзе)
Для своего времени широко образованный осетин Иоанн Ялгузидзе (1775-1830) перевел с грузинского на осетинский ряд церковных книг, которые были напечатаны грузинским церковным алфавитом «хуцури». Он же в 1820-23 гг. перевел с грузинского на осетинский Четвероевангелие, которое по неизвестным причинам не было издано. Рукопись Евангелия сохранилась в 3-х экземплярах: рукопись, подготовленная к печати, хранится в Архиве древних актов (Москва), рукопись, переписанная набело, хранится в Ленинградском отделении ИНА АН ССР, а ее «черновик» — в ЦГИА Грузинской ССР. Рукописи написаны грузинским гражданским алфавитом «мхедрули».
Из исследователей осетинского языка переводами Ялгузидзе первым заинтересовался Г. С. Ахвледиани. Он особенно обратил внимание на фонетические особенности перевода и стало очевидно, что из двух основных диалектов осетинского - иронского и дигорского - староджавский, на котором написаны переводы, примыкает к дигорскому (Ахвледиани, 1960, 91-167). Изучение нами языка рукописи Евангелия полностью подтвердило мнение Г. С. Ахвледиани (Тедеева, 1964, 110-121).
В сопоставлении фонетических особенностей дигорского и староджавского особое внимание привлекает тот факт, что в обоих диалектах палатализованные заднеязычные г, к, къ не переходят перед передними гласными в соответствующие аффрикаты, как это имеет место в современном джавском и во всех вообще наречиях иронского диалекта (Ахвледиани, 1960, 48-60).
Б староджавском, как и в дигорском, трифтонги -ауӕ-, -ӕуӕ-, -æуæ- не стягиваются, в иронском они перешли в дифтонг -уа-, например:
стар. дж.
ауӕнон
бауӕр
аргъаулæн
хъӕуамӕ
рӕуӕгы
диг.
цауӕйнон
бауӕр
аргъауӕн
гъӕуама
рӕуаги
ирон
цуанон
буар
аргъуан
хъуамæ
руаджы
охотник
тело
храм
должно
ради
В рукописи Евангелия встречаются слова, которые обнаруживают дигорские формы, например:
стар. дж.
игуырын
авгӕрдын
ал-фаламбылай
дженет
кӕдымайды
диг.
игурун
æвгæрдун
фалæмбулай
дзенет
кæдимайди
ирон
гуырны
æвгæрдын
ал-фамблай
дзæнæт
кæд миййаг
рождаться
закалывать
вокруг
рай
разве
В этом же переводе зафиксированы слова: 1) Семантика которых идентична для староджавского и дигорского в иронском данные слова употребляются в другом значении. Например «лӕдарын» и «удӕсын»; 2) Которые наличествуют в староджавском и дигорском - в иронском они отсутствуют, например, «мысыдж» и «нусын»:
Лӕдарын: в иронском диалекте «лӕдарун» значит «плакать». В текстах И. Ялгузидзе «лӕдарын» так же, как и в дигорском, имеет значение «плакать», например, «Хъӕр Рамайы: сыхъуысди, лӕдарын ӕмӕ кӕуыны ӕмӕ хойны иддӕг» — «глас: в Раме слышен, плач и рыдание, и вопль великий» (Матвей, 11, 18).
Удӕсын: в иронском диалекте «удасын» значит «мокнуть», в дигорском «уодӕнсун» — «уступать, прощать». В текстах Ялгузидзе «удӕсын» имеет значение, как в дигорском «прощать», например, «Амин зӕгъын сымахӕн: ӕббӕтдӕр баудӕсой лӕгы (неразб.) фырддӕн тӕригъӕддӕ ӕмӕ ӕвӕдгӕгтӕ» - «Истинно говорю Бам: будут прощены сыном человеческим все грехи и хуления» (Марк 111, 28).
Мысыдж: в староджавском имеет значение «кулак», например: «Ӕмӕ райдыддой кидӕртӕ тутӕ кӕнын ууыл, ӕмӕ бамбӕрзын сӕс гомы ӕмӕ мысыджӕй нӕмын умӕн» — «И некоторые начали плевать на него и, закрывая ему лицо, ударять его» (Марк ХІV, 65).
Как видим, в русском контексте слово «кулак» отсутствует. Дело в том, что, как мы сказали выше, И. Ялгузидзе Евангелие, как и другие тексты, перевел с грузинского, а в грузинском: Евангелие в данном контексте употреблено слово «хурти», что. в др. грузинском означало «кулак»: «Да ицъхъес... хуртита цемад миса» - «и начали кулаком бить его».
В дигорском диалекте слово «мӕсундзӕг» означает «кулак» и нет сомнения, что здесь «масундз» - и ст. джавское «мысыдж» одно и то же слово. Уместно отметить, что у Шегрена за фиксированы обе формы: диг. масундзег и пр. мӕсыдз (Шегрен, 1844, 100, 101). В. И. Абаев отмечает, что приводимая Шепре: ном форма мӕсыдз не подтверждается (Абаев, 1973, 104). А вот тексты Ялгузидзе подтвердили, что данная форма имелась и в иронском (джавском).
Нусын: в текстах И. Ялгузидзе «нусын» означает, «целовать». Например, «Ӕмӕ дӕддаг рагагъоммӕ рарда удонӕн ны санӕн ӕмӕсын захда, кӕ ыйы ӕз ӕнусон, уый у» - «Предающий же Его дал им знак, сказав: Когоя поцелую, тот и есть» (Матвей, ХХVІ, 48).
«Нусын» слово в иронском отсутствует. В дигорском «носун»; значит «целовать» (Миллер, 1929, 866).
Язык переводов И. Ялгузидзе значителен не только с точки зрения диалектологии: В этих переводах отражено состояние осетинского языка на определенном этапе его развития, и здесь каждый осетиновед найдет неисчерпаемый материал для сравнительного изучения фонетики, морфологии и лексики осетинского языка.
Цитируемая литература
Абаев В. И. Историко-этимологический словарь осетинского языка, ІІ. Л., 1973.
Ахвледиани Г. С. Сборник избранных работ по осетинскому языку. І. Тбилиси, 1960.
Миллер Вс. Ф. Осетинско-русско-немецкий словарь, II, Л., 1929.
Тедеева О. Г. Некоторые вопросы лексики осетинского. Четвероглава И. Ялгузидзе, Мацне, 3. Тбилиси, 1964 (на груз. языке). Шегрен Л. Г. Осетинская грамматика. Спб., 1844.
См.: Осетинская филология. Выпуск 2. 1981 г.
