ИСТОРИЯ ДИГОРЫ
СЕЛЕНИЕ ХРИСТИАНОВСКОЕ В ПЕРИОД БОРЬБЫ ЗА ПОБЕДУ И УПРОЧЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ НА ТЕРЕКЕ (март 1917 – ноябрь 1918 года)
§ 3. Часть 2. Борьба трудящихся христиановцев во главе с керменистами против банд горско-казачьей контрреволюции, за торжество социалистической революции на Тереке
В эти дни и месяцы сел. Христиановское стало главным революционным центром в Осетии. ВРС занимался вооружением боевых отрядов «Кермен» и направлял их туда, где создавалась опасность для трудящихся со стороны контрреволюции; он направлял в отдельные селения Осетии своих уполномоченных для наведения революционного порядка; он оказывал помощь керменистам – коммунистам отдельных селений в разоружении контрреволюции; ЦК «Кермен» и его ВРС, как говорил А. Гостиев на пятом съезде народов Терека, научил «массы делить людей по классовым признакам». ВРС оказывал помощь и кабардинской бедноте в борьбе против княжеско-кулацкой контрреволюции. Когда перед ардонскими коммунистами была поставлена задача разоружить контрреволюционные элементы в с.с. Салугардан, Бирагзанг и Црау, «в помощь к нам, - пишет ардонский керменист Г.А. Кулаев, - были вызваны керменисты из сел. Христиановского…К нам прибыл небольшой отряд дигорских керменистов под командованием Арсагова Горга»[i]. Операция была успешно проведена.
Другой, более значительный факт – это соглашение, заключенное между ВРС партии «Кермен»и одним из руководителей революционного движения Кабарды Назыром Катхановым. Последний обратился от имени кабардинской бедноты за помощью и о совместной борьбе против белых банд. По этому вопросу Т. Созаев пишет: «Мы договорились о совместной борьбе против контрреволюции. Это соглашение решено было скрепить письменным документом, содержание которого сводилось к следующему: заключался договор между двумя братскими народами; кабардинский народ брал на себя обязательство бороться против всех тех, кто посягает на свободу и права кабардинского народа, изгонять из своей территории всех белых, а в случае необходимости помогать осетинскому народу в борьбе против контрреволюционеров. Реввоенсовет Осетии брал на себя более конкретное обязательство: мы должны были возвратиться в сел. Христиановское, выделить одну – две сотни подготовленных всадников и с ними объехать все основные села Кабарды с той целью, чтобы вызвать революционный подъем населения, за которым должны были последовать революционные действия… Договор подписали я и Назыр Катханов»[ii].
Договор имел историческое значение не только для укрепления братских уз между соседними народами, но и для быстрого пополнения рядов революционных сил. В Осетии был сформирован специальный отряд во главе с С. Тавасиевым, Т. Созаевым и другими, который выступил в поход в Кабарду, принял участие вместе с кабардинской беднотой во главе с Катхановым Н. в боях против банд князя Серебрякова – Даутокова; ряды его беспрерывно пополнялись; после освобождения Нальчика (8 сентября 1918 года) в его составе насчитывалось более 400 штыков. Отряд дальше направился в Пятигорск, имея специальное задание – достать оружие… Этот отряд в дальнейшем в составе Шариатской колонны принял участие в разгроме бичераховцев в Моздоке и в его освобождении.
Высокую оценку боевым делам этой дивизии дал Серго Орджоникидзе, отметив, что бойцы этой колонны «своим могучим ударом нанесли смертельный удар бичераховским офицерским бандам», что они «освободили трудовое казачество от гнета генералов и полковников», что они доказали «всей Терской области, что Советская власть непобедима». Эта похвала была и в адрес керменистов сел. Христиановское, бойцов этой колонны.
В первые дни октября 1918 года из Кабарды вновь прибыла делегация в сел. Христиановское, к ВРС с просьбой о помощи в борьбе против белых банд Серебрякова – Даутокова, причем она просила прислать и таких лиц, которые могли быть организаторами и военными инструкторами. Г. Цаголов отмечает, что ВРС такую помощь кабардинским товарищам оказал незамедлительно, 9 октября 1918 года такой отряд во главе с Цаголовым, Ботоевым и другими был направлен в Кабарду, где освободил ряд селений, в том числе сел. Кайсын-Анзорово, которое сделали, как писал Цаголов, «центром организационной работы и комплектования вооруженных отрядов» в Кабарде. «Этот отряд, -пишет Т. Созаев, -успешно вел бои с отрядами белогвардейских полковников Кибирова и Серебрякова, рвавшихся в Дигорию»[iii].
13 октября 1918 года керменисты и отряд кабардинцев разбили отряд князя Серебрякова-Даутокова и заняли сел. Аргудан. 13 октября этому же князю было нанесено поражение в сел. Коголкино, которое также было освобождено[iv].
Необходимо сказать о том, что керменисты в этих боях понесли и потери. Так, например, геройской смертью пал в бою под Аргуданом рядовой керменист Александр (Дзалату) Мусаевич Цаголов. Он был искусным кузнецом и несколько дней ковал коней участников отряда. В момент отправки отряда он заявил, что тоже едет в поход. Его уговаривали не ехать (ему было тогда 47 лет), но он добился своего. В бою под Аргуданом лошадь его была убита, а сам ранен в ногу, но он продолжал бороться. Укрывшись за убитой лошадью, он продолжал стрелять, и убил 9 белогвардейцев. Когда у него кончились патроны, его окружили и хотели схватить живым, но своим тесаком собственного производства он убил еще трех белогвардейцев, но затем его самого озверелые бандиты изрубили на куски. Так пал смертью героя за народ, за родную Советскую власть горец-бедняк Дзалату Цаголов. Спустя некоторое время его сосед и родственник Х.И. Етцаев приехал в сел. Аргудан и с большим трудом, с помощью знакомого кабардинца, обнаружил место захоронения Дзалату, привез его в родное село и тело его похоронено с большими почестями[v].
А между тем керменисты продолжали свои боевые операции против белогвардейских банд.
Банда полковника Кибирова внезапным налетом заняла станицу Николаевскую, откуда керменисты-казаки, состоявшие из солдат и казачьей бедноты, вместе со своими семьями успели бежать в сел. Христиановское. Кибиров надеялся выместить свою злобу за поражение во Владикавказе во время Августовских событий на революционных казаках. Но недолго ему пришлось «гостить» здесь: под ударами керменистов из сел. Христиановское в эти октябрьские дни 1918 года он спешно оставил станицу Николаевскую и бежал в станицу Ардонскую. Отрядом керменистов при освобождении станицы Николаевской руководил Дзандар Такоев. Партизаны-станичники из Христиановского вернулись обратно к себе в станицу и вновь стали ее хозяевами.
Следует отметить, что на борьбу против белогвардейских банд керменистам, в частности сел. Христиановского, удалось поднять и трудовое казачество соседних станиц Николаевской и Змейской. В результате в различных отрядах «Кермен» находилось, по данным Б. Екати, до 170 казаков – представителей станичной бедноты и фронтовиков[vi].
Христиановские керменисты и бедняки, им сочувствующие, приняли активное участие в ликвидации контрреволюционного отряда, располагавшегося на Гулиевском заводе, около сел. Беслан. В этом отряде насчитывалось около 800 человек, причем считался он «армией» «Осетинского народного Совета», верховоды которого скатились в лагерь контрреволюции. Возглавляли этот отряд полковники Кочисов и Гуцунаев, открыто стоявшие на стороне белогвардейской контрреволюции. Ликвидация этой «армии» была поручена отряду Карамурзы Кесаева; его ядро состояло их христиановских керменистов, а затем в дальнейшем был пополнен несколькими сотнями из сел Правобережной Осетии. Заместителями командира этого отряда были назначены Урусби Зортов и К. Ардасенов, а политкомиссаром – Н. Гадиев, начальником штаба – Данел Тогоев.
Первым к выполнению миссии отряда приступил Данел Тогоев. Вот как он рассказывает сам об этом.
«Я выезжал на Гулиевский завод в единственном числе осенью 1918 года, в начале ноября. Я поехал к ним, чтобы сказать, что надо расходиться. Не доезжая завода (я был верхом), меня встретил разъезд, состоявший их слобожан Верхне-Осетинской слободки. Спрашиваю их:
- Вы что тут делаете, храброе воинство?
- А куда ты едешь?
- Сюда, в штаб.
В штабе сидели хмурые Буца Хадзарагов, Кочисов и Астемир Гутиев (вожак народного совета и Гулиевского отряда).
Разговаривал я с ними минут 10 – 15. Говорил о том, чтобы они трудовой осетинский народ не втягивали в авантюру и разошлись. Ни Хадзарагов, ни Гутиев ни слова не сказали. За всех отвечал Кочисов.
- Не нам надо разойтись, а вам. Будущее за нами.
Нет! Будущее за Советской властью, и это стали понимать те, кто был запутан и ослеплен контрреволюционной пропагандой.
Гулиевский отряд скоро сложил оружие и в этом заслуга большевиков.
В целом, операция была проведена успешно, причем, больше мерами политическими, чем военными. Так был ликвидирован последний оплот «Осетинского народного совета».
Таким образом, все освещенные выше события являются подтверждением слов Г.А. Цаголова о том, что ВРС «Кермен» на практике был «часовым Октябрьской революции в Осетии», что ВРС «Кермен» фактически осуществлял функции высшего органа революционной власти. Подтверждением этого является и постановление общего схода трудовых масс сел. Христиановского о том, что он всю полноту власти доверяет и вверяет Реввоенсовету «Кермен», ибо, было записано в этом постановлении, «кто искренне хочет, чтобы Осетия оставалась неотъемлемой частью Российской Федеративной республики, тот должен признать Советскую власть и поддерживать ее всеми силами»[vii]. Следует попутно сказать и о другом постановлении трудовых масс сел. Христиановского, являвшееся свидетельством того, какую лютую ненависть питали трудящиеся селения и всей Осетии к белогвардейским «золотопогонникам». В нем было сказано: «Считать Серебрякова и Кибирова с их отрядами врагами трудового народа, в частности, врагами сел. Христиановского. Считать врагами народа тех граждан села, которые будут поощрять кибировские и серебряковские банды и их самих».[viii]
Вообще следует подчеркнуть, как отмечалось выше, что ЦК «Кермен» с первых дней своего зарождения пользовался большой популярностью и облечен широким доверием трудящихся Осетии, в том числе, трудящихся Христиановского общества. Из многих фактов, которые свидетельствуют об этом, приведем один. Трудящиеся сел. Христиановского в конце 1917 года на своем сходе единодушно приняли такое постановление: «Просить организацию «Кермен» взять на себя руководство и командование боевыми силами села. Этому командованию обязать подчиниться всех граждан села».
Это постановление жителей сел. Христиановского было не случайным. Дело в том, что, как справедливо отметил С.М. Киров, «наибольшим влиянием керменисты пользовались в сел. Христиановском»[ix].
Эта популярность и доверие к ЦК «Кермен» со стороны масс еще больше возросли, когда партия «Кермен» слилась с РКП (б) и создала свой Реввоенсовет, который постоянно находился в сел. Христиановском. ЦК «Кермен» и его ВРС, взяв на себя руководство и командование боевыми силами, с честью оправдывали доверие не только сел. Христиановского, но и всей Осетии.
Это убедительно видно из отчета председателя ВРС «Кермен» Г.А. Цаголова. В ноябре 1918 года, подводя итог пройденному пути деятельности ВРС и учитывая напряженность в крае, он писал, что «в рядах осетинской организации РКП (б) «Кермен» в борьбе за коммунистические идеалы насчитываются немалые жертвы…Не розами усыпан путь Советской власти. Невыносимо тяжело советским работникам, когда нужно держать в одной руке кирку, а в другой – винтовку. ВРС, несмотря ни на какие препятствия, заявил, что мировая социалистическая революция неминуема, и Совет решил быть часовым Октябрьской революции в Осетии до конца, до последней возможности»[x].
В эти дни партия «Кермен» понесла еще одну тяжелую утрату: случайным выстрелом был убит начальник штаба «Кермен» Бало Казбеков. Известным врачом – хирургом Дз. Газдановым была сделана ему срочная операция, но спасти его не удалось, так как у него был пробит позвоночник.
Здесь нужно сказать еще о двух важных событиях. 9 – 10 сентября 1918 года в сел. Христиановском состоялся 1-й Дигорский съезд представителей трудящихся: он подвел итоги той борьбы, которую провели трудовые массы во главе с керменистами против местной контрреволюции. Съезд заклеймил позором «Осетинский народный совет», во время Августовских событий вставший на сторону терской контрреволюции, и заверил Терский Совнарком в том, что все трудящиеся Дигории будут непоколебимо поддерживать Советскую власть, будут со всеми народами Терека охранять и защищать завоевания Октябрьской революции, беспощадно громить гнезда контрреволюции. И это были не только слова. Вышеприведенные факты героической борьбы трудящихся масс сел. Христиановского и других селений с белогвардейскими бандами являются подтверждением того, что у керменистов слово не расходилось с делом.
До прихода деникинцев было еще одно боевое событие, где керменисты и трудовые массы сел. Христиановского и других окрестных селений (Карман-Синдзикау, Кора-Урсдон, Дурдур, Разбун и другие) приняли активное участие. Имеется ввиду разгром баделятского гнезда – сел. Карагас (Къарагъас). В этом селении проживали одни баделяты – Кубатиевы, Абисаловы и другие. Трудящиеся массы окрестных селений к баделятам питали жгучую ненависть и ждали того момента, чтобы расправится с вековыми эксплуататорами и угнетателями. В декабре 1918 года в районе этого селения против трудящихся вел операции белогвардейский карательный отряд полковника Туганова, причем, его в этом поддерживали баделяты. По указанию Терского Совнаркома ВРС «Кермен» принял решение разгромить этот отряд полковника Туганова и сел. Карагас, как оплот реакции и контрреволюции. Срочно был снаряжен значительный отряд из керменистов и из сочувствующих им сел. Христиановского и других селений, причем Совнарком Терской республики в помощь им прислал артдивизион. Общей операцией руководил председатель ВРС Г.А. Цаголов, непосредственно боевые операции осуществлялись во главе с Е. Чекоевым, Х. Халлаевым, М. Абиевым и другими.
Керменисты одержали полную победу. Отряд полковника Туганова был развеян, его остатки разбежались, сел. Карагас после упорного боя было разрушено до основания. «Мы, революционная партия, - писал Х. Халлаев, - свою задачу выполнили…На утро от села Карагас остался один пепел. Мы продвигались дальше, преследуя противника, устанавливали Советскую власть по указанию председателя ВРС Г.А. Цаголова». Из баделят было расстреляно 13 офицеров, более 20 человек из баделят арестовано и направлено во Владикавказ для передачи в Ревтрибунал. После этого разгрома от сел. Карагас осталось одно воспоминание, оно стало безжизненным, заросло бурьяном. Так перестало существовать одно из баделятских гнезд – селение Карагас. Такая же участь от ударов отрядов керменистов постигла и другое баделятское гнездо – селение Туганово, впоследствии селение Дурдур.
Интересные сведения о разгроме сел. Карагас приводит в своих воспоминаниях Губа Тандуев. «По ночам, - пишет он, - в сел. Карагас стали проводить тайные совещания, наезжали на эти тайные совещания со всех уголков Осетии бандитские элементы. Подлые затеи баделят стали известны штабу «Кермен», и он решил сорвать намерения контрреволюции, не дать им возможности сорганизоваться и вооружиться. Для этой цели во второй половине декабря 1918 года (по старому стилю 4-5- декабря) керменисты и вся дигорская бедняцкая часть в количестве около 800 – 900 человек, поздней ночью окружили село Карагас. Завязался жаркий бой…На четвертый день баделяты выкинули белый флаг. Выслали своих «парламентеров». Керменисты продиктовали им свои условия: сдать все оружие, всему мужскому населению собраться в указанном месте…Керменисты взяли в плен около 30 человек, в том числе несколько полковников, офицеров и т.д. ВРС керменистов именем закона революции решил расстрелять всех пленных, но поздно ночью нарочным было доставлено распоряжение областных властей – пленных доставить во Владикавказ. Под усиленным конвоем, под командованием кермениста Тубеева Абубекира были доставлены во Владикавказ». Г. Тандуев далее констатировал, что имущество баделят (скот, лошади и другое) было конфисковано и роздано безлошадным и бескоровным крестьянам, участникам разгрома осиного гнезда баделят; дома же баделят, злейших врагов революции, были разбиты и сожжены. Один из баделят, которому удалось бежать в неприглядном виде, в письме к одному из своих родственников, сообщил о гибели в этом сражении своих близких из Карабугаевых, Кантемировых и других, отмечал далее, что «Карагас разбит совсем, а также Тугановское, большевиками-керменистами сел. Христиановского…Я сам бежал в самом ужасном виде…»
Жертвы были и со стороны керменистов. В частности, были убиты два брата Гизиковы, Гаги и Майран.
Таковы были боевые дела христиановцев – керменистов и трудящихся села в ходе борьбы против белогвардейских банд терской контрреволюции, за развитие и победу социалистической революции на Тереке.
В ходе этой борьбы они показали себя мужественными, бесстрашными и беспредельно преданными Советской власти, делу Октябрьской революции. Но до полной победы было еще далеко. Впереди предстояли тяжелые бои, так как с севера уже тогда надвигались деникинские полчища. Но и перед этой серьезной угрозой керменисты и трудящиеся массы сел. Христиановского, как и весь советский народ, не склонили своей головы. Они оказались верными той клятве, которую они дали в телеграмме на имя В.И. Ленина, принятой на первой конференции Осетинской окружной организации РКП (б) «Кермен»[xi] 26 ноября 1918 года, где, в частности, говорилось: «Трудящиеся Осетии уверены, что они коленом в грудь и рукой в горло схватят окончательно свою буржуазию и кулаков. Клянемся умереть за власть рабочих и крестьян, как умирали наши товарищи в героической борьбе с черной контрреволюцией во Владикавказе в Августовские дни».
Для трудящихся сел. Христиановского, всей Осетии и всего Северного Кавказа приближались дни тревог и тяжелых испытаний, дни мрака, разгула и кровавого террора деникинской контрреволюции. Правильно отмечал Ш. Абаев, что «активные революционные выступления трудящихся Осетии во главе с парторганизацией в защиту Октябрьского переворота накопляли злобу у верхушки казачьих станиц, у местных земельных собственников-кулаков, у баделят и белопогонников. Вся эта белогвардейская свора сговорилась и, связавшись со штабом Шкуро, ждала его прихода, чтобы расправится с большевиками, Советами и революционными селениями, особенно, с сел. Христиановским». Но враги натолкнулись на обратное, - на героическое сопротивление трудящихся.
[i] Гражданская война в Северной Осетии, Орджоникидзе, Сев.-Осет. кн. изд-во, 1965 г., стр. 157
[ii] Гражданская война в Северной Осетии, Орджоникидзе, Сев.-Осет. кн. изд-во, 1965 г., стр. 107, 106
[iii] Гражданская война в Северной Осетии, Орджоникидзе, Сев.-Осет. кн. изд-во, 1965 г., стр. 106
[iv] Борьба за Советскую власть в Северной Осетии, Сборник документов и материалов, 1957 г., стр. 134
[v] Дзалату после себя оставил 5 сирот – сыновей, которые оказались достойными своего отца героя: старший, Борис, погиб тогда же в 1919 году под Бургустаном; Владимир и Аврам погибли в годы Великой Отечественной войны, Николай и Соломон – тоже участники войны, Николай умер в 1970 году, Соломон – учительствует. (мы не знаем точной даты написания Истории Дигоры, судя по этим датам – 70ые годы 20 века).
[vi] Б. Екати. «За революцию», Орджоникидзе, Сев.-Осет. кн. изд-во, 1967стр. 30
[vii] Газета «Народная власть», № 123, 2 октября 1918 года
[viii] Газета «Революционный горец», 15 ноября 1918 года.
[ix] С.М. Киров. Избранные статьи и речи, М., 1957 г., стр. 73
[x] Борьба за Советскую власть в Северной Осетии. Сборник документов и материалов, с1957 г., стр., тр. 135
[xi] На этой конференции был избран штаб красных отрядов «Кермен» в следующем составе: К. Кесаев (командующий), члены штаба: М. Кесаев, Г. Цаголов, Н. Гадиев. Там же был избран новый состав ЦК Северо-Осетинской партийной организации РКП (б) «Кермен» в следующем составе: Г.А. Цаголов (председатель), Е. Рамонов (заместитель), Д. Гибизов, А. Гостиев, Д. Тогоев, Г. Елекоев, Ш. Абаев, М. Каллагов, Т. Созаев, Г. Арсагов, К. Бутаев, И. Чекоев.
