БОРЬБА КЕРМЕНИСТОВ С БИЧЕРАХОВЩИНОЙ
Решения съездов народов Терека о социализации земли и национализации промышленности, создание Красной Армии, успешное строительство Светской власти в крае – все это приводило в бешенство казачью и горскую контрреволюцию.
В июне 1918 года началось антисоветское восстание казаков в Моздоке, которое возглавил меньшевик Бичерахов. В июле бичераховцы повели наступление на Владикавказ со стороны Прохладной.
В это тревожное, суровое время гражданской войны на Северном Кавказе 13 июля 1918 года во Владикавказ приезжает чрезвычайный комиссар Юга России Г. К. Орджоникидзе. С приездом Орджоникидзе вся дальнейшая революционная борьба на Тереке, в том числе и в Осетии, неразрывно связана с его именем.
23 июля 1918 года во Владикавказе открылся IV съезд народов Терека. Для охраны съезда, по поручению Орджоникидзе, военком Терской республики Я. Т. Бутырин вызвал из сел. Христиановского отряд керменистов.
Этот отряд, прибывший во Владикавказ, значительно укрепил революционные силы города. Приветствуя делегатов съезда, командир отряда керменистов Карамурза Кесаев заявил:
«Отряд керменистов под моим командованием прибыл во Владикавказ для защиты съезда. Отряд умрет, но никому не позволит посягать на власть трудящихся в Терской республике».
С ответным словом к бойцам обратились Г. К. Орджоникидзе, представители осетинской, ингушской и других делегаций. Это была демонстрация военных сил революции, их готовность дать решительный отпор врагам.
На съезде между большевиками и представителями реакционных кругов происходила ожесточенная борьба по всем обсуждаемым вопросам. Съезд в основном поддерживал большевиков, и контрреволюционным делегатам не удалось провести свою линию. Тогда белогвардейцы решились на открытый мятеж. В ночь с 5 на 6 августа бичераховские банды ворвались во Владикавказ.
На защиту города поднялись все революционные силы. Отряд Кесаева к тому времени пополнился еще двумя взводами керменистов: Разбунским под командованием Магометова и Урсдонским под командованием Кодзасова. Уже в дни августовских боев к отряду Карамурзы присоединилась сотня керменистов из сел. Зильги под командованием Х. Псхациева. Это была серьезная, в тех обстоятельствах многочисленная военная часть, а главное - до конца преданная революции.
Так начались августовские события в г. Владикавказе. Героическая борьба с мятежниками на улицах города продолжалась 11 дней.
Отряд К. Кесаева сражался в районах Кадетского корпуса и Чугунного моста. Керменисты, проявив исключительное мужество и самопожертвование, штурмовали здания, в которых засели бичераховцы. Отряд уничтожил десятки белогвардейцев.
Об участии керменистов на IV съезде и в августовских боях А. 3. Дьяков пишет следующее: «Керменисты активно поддерживали фракцию большевиков на IV съезде против провокаторов - агентов Бичерахова и с оружием в руках боролись против бичераховских мятежников».
Многих славных сынов лишилась тогда осетинская большевистская организация «Кермен». В августовских боях отдали свою жизнь революции И. Колиев, К. Елбаев и другие керменисты. Смертью героя погиб один из основателей партии «Кермен» Николай (Колка) Кесаев.
Он попал в руки мятежников и был расстрелян на Тенгинской площади, в ограде церкви (ныне площадь К. Маркса). Перед лицом смерти Колка Кесаев держался стойко и мужественно. На вопрос белогвардейцев: «Ты керменист?» Кесаев ответил спокойно, но решительно: «я не только керменист, но один из основателей партии «Кермен».
Раздались выстрелы палачей, и герой пал. По приказу главаря полковника Гуцунаева автомашина белобандитов несколько раз проехала через труп Кесаева. Так трагически погиб один из организаторов партии «Кермен», герой Великого Октября.
Председатель партии «Кермен» Г. А. Цаголов в ноябре 1918 года писал о К. Кесаеве: «В рядах молодого «Кермена» в борьбе за коммунистические идеалы насчитывается немало жертв, среди которых находится один из организаторов, бывший член ЦК партии - Николай Кесаев, которого многие больше знали не как Николая Кесаева, а как «Кермена»!
К. Бутаев в своей статье «Памяти дорогих товарищей-керменистов» писал: «Много энергии и сил приложили Кесаев и Гибизов, чтобы партия «Кермен» сделалась достойной выразительницей осетинской и всей бедноты.
Оба - студенты, чистые, честные и самоотверженные... Товарищ Кесаев - активный работник во всех Советах и съездах. Помню его в серой черкеске на 4-м съезде осетинского народа, куда он явился как представитель партий и где спекулянтско-демократический блок не дал ему права голоса.... Вечно жизнерадостный, он не унывал. Он только смеялся над тупостью тогдашних вершителей судеб Осетии. Помню его также на Моздокском областном съезде.., где он, как и все истинные товарищи, вместе с осетинской, кабардинской и иногородней фракциями, спасал Терскую область от межнациональной войны. Во время 2-го Пятигорского съезда его усилиями, вместе с покойным комиссаром Нальчикского округа Сахаровым, удалось в атмосфере взаимной межнациональной подозрительности и ненависти созвать полный съезд с участием ингушей и чеченцев.
Он любил жизнь. Он хотел жить для борьбы, для работы во имя счастья»!
Весть о гибели Кесаева вызвала горе трудовой Осетии; особенно тяжело переживали утрату его друзья-соратники: С. Мамсуров, Д. Гибизов, А. Гостиев; Х. Рамонов...
В результате общих самоотверженных усилий трудящихся города и национальных революционных отрядов бичераховцы были разгромлены. По этому поводу Терский Совнарком выпустил обращение к населению г. Владикавказа, в котором писалось: «Безумная авантюра, затеянная казачье-крестьянским Моздокским советом, кончилась позорным бегством из города посланных им, под руководством полковника Соколова, банд. Советскую власть грудью своей отстояли героические ряды немногочисленной Терской Красной Армии, рабочие Курской и Молоканской слободок, боевые отряды грузин, ингушей и осетинской революционной партии «Кермен».
Серго Орджоникидзе в своем докладе Совету Народных Комиссаров 10 июля 1919 г., касаясь августовского восстания во Владикавказе, писал: «Здесь я должен отметить, что за время борьбы за обладание городом в наших рядах дрались осетинские керменисты - коммунисты».
Осетинский «народный совет» после подавления бичераховского мятежа не сложил своего оружия. Напротив, его представители (полковник Гуцунаев, Датиев и др.) разъезжали по селам, призывая ко второму походу на Владикавказ. Буржуазные националисты клеветали на керменистов, утверждая, что своим участием в августовских событиях на стороне большевиков они «кладут позорное пятно на всю Осетию». Агенты Осетинского «народного совета» требовали бойкотировать партию «Кермен». Однако их агитация не имела успеха среди трудовых масс Осетии.
Разгром белых банд Соколова и Беликова во Владикавказе наглядно показал казачье-осетинской контрреволюции, меньшевикам и эсерам, что большевики Терека пользуются широкой поддержкой народа. Несмотря на происки буржуазных националистов, росло влияние керменистов, деятельность их приобретала боевой размах.
Центральный Комитет Осетинской организации Российской коммунистической партии (большевиков) «Кермен» по заданию Серго Орджоникидзе развернул большую работу по созданию новых вооруженных кавалерийских отрядов «Кермен» из трудового крестьянства. Формирование отрядов керменистов успешно проходило по всей Осетии. За короткий срок было создано несколько новых отрядов в горной полосе и в плоскостных селах.
В наиболее организованных отрядах - в селениях Христиановском, Карман-Синдзикау и др. - регулярно проводились строевые занятия. Дисциплина в этих отрядах была крепкой.
В связи с угрозой наступления контрреволюции в конце августа 1918 года в сел. Христиановском был создан Военно-революционный Совет осетинской организации РКП(б) «Кермен». Председателем Совета избрали Г. Цаголова.Военно-революционный Совет распространял свое влияние и на ряд соседних районов Северной Осетии и Кабарды, оказывал трудящимся этих районов помощь в борьбе с контрреволюцией.
В Военно-революционный Совет приезжали представители трудящихся от Кабарды и других мест за советом и помощью. Он заключил специальный договор борьбы за Советскую власть с представителями кабардинского народа. Договор между двумя братскими народами подписали в Докшукино Назыр Катханов и Тарас Созаев - член ЦК «Кермен». Так, в совместной борьбе против общих врагов Октябрьской революции, крепло боевое содружество трудящихся Кабарды и Осетии.
8 сентября 1918 года «Осетинская окружная организация РКП(б) «Кермен» и РВС направили полторы сотни керменистов к члену Северо-Кавказского правительства С. Мамсурову с просьбой помочь вооружением.
Просьба была выполнена. Отряд во главе с Сосланбеком Тавасиевым, Тарасом Созаевым и Евгением Чекоевым направил из Пятигорска в Северную Осетию два орудия, несколько станковых пулеметов, много винтовок.
По пути в Пятигорск керменисты провели большую агитационную работу среди кабардинской бедноты, призывали ее создавать свои революционные отряды. Работа эта прошла успешно, добровольно в красные отряды записывались тысячи кабардинцев. Керменисты совместно с местными революционными отрядами разогнали контрреволюционный Кабардинский «национальный совет», освободили г. Нальчик и восстановили Советскую власть в Кабарде. Кабардинский народ везде встречал керменистов с большой теплотой.
После освобождения Нальчика отряд керменистов вместе с кабардинскими бойцами прибыл в город Пятигорск. Здесь они вскоре влились в шариатскую колонну, которая в дальнейшем сыграла значительную роль в борьбе с белогвардейщиной на Тереке.
Влияние партии «Кермен» не ограничивалось Осетией и Кабардой. Оно проникло в Ингушетию, Южную Осетию и казачьи станицы. 29 сентября 1918 года в ингушском селении Гамурзиево состоялось пленарное заседание инициативных групп ингушской организации коммунистов, представителей коммунистической организации «Кермен» и членов краевого комитета Коммунистической партии. Участники заседания обсудили организационные вопросы и план партийной пропаганды в Ингушетин!
По образцу Северо-Осетинской партийной организации «Кермен» такая же партия возникла и в Тифлисе.
Об этом большевистская газета «Кавказский рабочий» писала следующее: «24 января 1918 г. в народном доме состоялось собрание социал-демократов, интернационалистов-осетин, организовавшихся в осетинскую партию большевиков «Чермен». Цель этой партии - организация деревенской бедноты Северной и Южной Осетии».
Комитет большевистской организации «Чермен» помещался по Черказовской улице, 135. Активное участие в работе этой организации принимали Знаур Айдаров и Евгений Рамонов.
В станице Николаевской представители осетинской организации РКП(б) «Кермен» созвали круг и призвали станичников выступить на борьбу с контрреволюцией.
Круг принял резолюцию, в которой заявлялось о поддержке Советской власти, и послал делегацию в станицу Змейскую. Такая же резолюция была принята и там.
Белогвардейский полковник Кибиров с большим отрядом налетел на эти станицы, арестовал революционных казаков и забрал их имущество. Группа казаков из станицы Николаевской во главе с В. Савицким пробралась в селение Христиановское на соединение с боевыми отрядами «Кермен». Белогвардейцы превратили станицу Николаевскую в военный лагерь, окружили траншеями, выставили посты. По улицам ходили пьяные банды белых и громили дома казаков, ушедших к керменистам.
В последних числах сентября 1918 года с помощью керменистов революционные казаки выбили белых из станицы Николаевской и установили там Советскую власть. «И Кибиров помнит, - писал Г. Цаголов, - если ему не изменяет память, как его отряд поспешно удирал из станицы Николаевской в Ардон под напором керменистов...».
Успешные бои с бандами белогвардейских полковников Кибирова и Серебрякова вела часть отряда керменистов, оставшаяся в с. Христиановском, после ухода основных сил в Пятигорск и Кабарду. Начальником оставшегося в Осетии отряда был А. Ботоев, комиссаром - Г. Цаголов.
Об этом периоде боевой жизни керменистов комиссар писал в своих воспоминаниях: «Не розами усыпан путь к Советской власти, невыносимо тяжелое положение советских работников, когда нужно держать в одной руке кирку, а в другой винтовку. Военно-революционный совет... решил быть часовым Октябрьской революции в Осетии до конца, до последней возможности».
Жизнь вписывала все новые и новые страницы в историю партии «Кермен». С 11 по 15 сентября 1918 года в селении Ардон происходил IX чрезвычайный съезд трудящихся Осетии. В работе съезда приняли участие Г. К. Орджоникидзе, руководители Терского СНК и осетинской организации РКП (б) «Кермен» Г. Цаголов, Д. Гибизов, А. Гостиев, Х. Рамонов, П. Леков, Х. Амбалов и др. Осетинский съезд твердо занял большевистские позиции, в чем немалая заслуга принадлежала партий «Кермен», руководители которой выступали с гневными речами, разоблачая происки реакции в Терской республике, призывали к объединению всех революционных сил края против казачьей и горской контрреволюции.
В резолюции съезда о текущем моменте говорилось: «Осетинский съезд выражает руководителям авантюры полное свое негодование. Принимая все это во внимание, осетинский народ, оставаясь в полном единении с трудовой демократией России, признает существующую в Терской области Советскую власть и обещает поддержать ее всеми силами до тех пор, пока эта власть будет стоять на страже завоеваний революции».
Г. К. Орджоникидзе с удовлетворением телеграфировал В. И. Ленину: «Осетинский народный съезд стал целиком на нашу сторону».
Большую роль в упрочении Советской власти на Северном Кавказе сыграл V съезд народов Терека. Он открылся 28 ноября 1918 года во Владикавказе. Этот съезд, в отличие от предшествовавших, происходил в обстановке поражения казачье-горской контрреволюции и торжества Советской власти на Тереке.
Г. К. Орджоникидзе в своей речи при открытии V съезда сделал анализ тем положительным изменениям, которые произошли в Терской республике, в частности в Осетии, со времени IV съезда народов Терека.
«Я помню, - говорил Г. К. Орджоникидзе, - момент перед концом I съезда, когда мы висели на волоске; это был момент неуверенности, когда за нами не шли, а
на нас робко оглядывались... Если среди осетин, за исключением беззаветно преданных революции керменистов, наблюдалось тогда колебание... то теперь вся Осетия, за исключением продажных предателей в офицерских погонах, на нашей стороне». Эта огромная победа в Осетии была достигнута самоотверженной работой большевиков под руководством Г. К. Орджоникидзе.
Об этом, в частности, говорил на V съезде народов Терской республики один из организаторов и руководителей партии «Кермен» А. Гостиев: «Если контрреволюционные офицеры и генералы из Осетии, если всякие жулики сделали все для того, чтобы заклеймить осетин именем контрреволюционеров, то наша партия своею кровью доказала, что не вся Осетия контрреволюционна. ...Еще до августовских событий наша партия занимала определенную позицию; еще в те времена, когда всякие авантюристы создавали здесь всякие национальные и религиозные фронты, наша партия заявляла, что нашим врагом является только буржуазия».
Почти одновременно с V съездом народов Терской республики во Владикавказе состоялась окружная конференция осетинской коммунистической организации «Кермен». 26 ноября 1918 года открылось частное совещание конференции, где была выработана повестка дня. Конференция под председательством Г. А. Цаголова начала свою работу 27 ноября. На повестке дня стояли следующие вопросы: 1) доклад ЦК; 2) доклады с мест; 3) текущий момент; 4) организационные вопросы; 5) организация власти на местах и в центре; б) земельный вопрос; 7) о вооруженных силах партии; 8) выборы штаба; 9) перевыборы ЦК; 10) текущие дела.
Конференция осетинской организации РКП(б) «Кермен» приняла решения по всем вопросам повестки дня. В документах конференции красной нитью проходила идея неразрывной связи Осетии и Терека с Российской Федерацией, стремление строить экономическую, политическую и культурную жизнь Осетии на основе советских законов. Участники конференции дали клятву В. И. Ленину умереть в борьбе за Советскую власть, но не отступить.
Конференция поддержала идею объединения горских фракций коммунистов, выдвинутую на V съезде народов Терека. Большое внимание было уделено созданию объединенных вооруженных сил в Осетии. Штаб Красных отрядов «Кермен» конференция утвердила в составе: К. Кесаев (командующий), члены - Г. Цаголов, М. Кесаев, Н. Гадиев.
Конференция избрала новый состав ЦК Осетинской организации РКП(б) «Кермен»: Г. Цаголов (председатель), Е. Рамонов (заместитель), Д. Гибизов, А. Гостиев, Д. Тогоев, Ш. Абаев, Т. Созаев, М. Каллагов, Г. Арсагов, Е. Чекоев и др.
Под бурные аплодисменты всех делегатов был принят текст телеграммы В. И. Ленину, которую напечатали в «Известиях» в номере от 14 декабря 1918 года под заголовком: «Телеграмма тов. Ленину от осетинских коммунистов». В телеграмме сообщалось: «В момент великой мировой борьбы за власть труда над капиталом первая конференция осетинской организации «Кермен» Российской коммунистической партии, избрав Вас, тов. Ленин, Либкнехта... почетными председателями, приветствует великих вождей социальной революции. Трудящиеся Осетии уверены, что она коленом в грудь и рукой в горло схватит окончательно свою буржуазию и кулаков; клянемся умереть за власть рабочих и крестьян, как умирали наши товарищи в героической борьбе с черной контрреволюцией во Владикавказе в Августовские дни».
3 января 1919 г. состоялся съезд коммунистов Северного Кавказа. На заседании было сделано сообщение от имени Президиума Северо-Кавказской Горской организации РКП(б) о слиянии ЦК осетинской коммунистической организации «Кермен» с бюро Северо-Кавказской Горской организации РКП(б). В сообщении по этому вопросу говорилось: «Президиум Северо-Кавказской Горской организации РКП(б) настоящим сообщает о слиянии ЦК осетинской организации «Кермен» и бюро Северо-Кавказской организации. Со дня опубликования настоящего сообщения все удостоверения, выданные ЦК «Кермен», теряют свою силу. Действительными считать лишь удостоверения, выданные президиумом?
В соответствии с этим решением были реорганизованы некоторые партийные комитеты «Кермен», произведен обмен партийных документов. Однако реорганизацию не удалось провести до конца в связи с наступлением Деникина.
***
В конце января 1919 года передовые части деникинской армии вошли в пределы Северной Осетии. Генерал Шкуро, заняв станицу Николаевскую, главные свои силы направил против революционного центра - сел. Христиановского. Он решил сначала уничтожить очаг «большевистской заразы», как выражался сам Шкуро, в сел. Христиановском, после чего, согласно общему плану, повести наступление на город Владикавказ.
Христиановцы, получив сообщение о движении белых войск на село, подняли по тревоге все население, способное носить оружие, и заняли круговую оборону. 2000 бойцов с небольшим количеством бомбометов и пулеметов мужественно бились трое суток (с 29 по 31 января) с вооруженными до зубов частями «добровольческой армии». В обороне селения, кроме местных жителей, принимали участие представители трудящихся ближайших осетинских селений (Кора-Урсдон, Карман-Синдзикау, Дур-Дур, Ардон, Алагир и др.), отряд кабардино-балкарской бедноты, отступивший сюда из родных мест, и казаки станицы Николаевской.
Обороной Христиановского руководили Реввоенсовет и местный комитет РКП(б) «Кермен», в состав которых входили: Дз. Такоев, К. Кесаев, Н. Золоев, Ш. Абаев, К. Годзоев, Дз. Бугоев, М. Гарданов и другие. Как же проходила эта оборона, вошедшая славной страницей в историю борьбы за Советскую власть в Осетии?
Белогвардейские части, наступая на Христиановское, надеялись занять его лобовым ударом «волчьих» сотен, но ошиблись в своих расчетах. Все граждане Христиановского, за исключением кулацких элементов, враждебных революции, встали на его оборону. Старики, подростки, женщины строили на улицах селения баррикады, рыли окопы, снабжали бойцов необходимыми припасами, подбирали убитых и раненых. Село стало бастионом, где стар и млад были, охвачены одним стремлением - победить лютого врага. Подпустив белогвардейцев на 20-30 шагов к окопам, защитники открыли по ним ураганный огонь. Атака была отбита, на поле сражения остались сотни вражеских трупов. В этом бою особенно отличились пулеметчики - казаки станицы Николаевской Мефодий Легейдо и Иван Жайло.
«Вот мы устроили белякам баню», - сказал Легейдо. «Будет долго помнить белая сволочь, как трудовые казаки и осетины бьются за счастье народа», - вторил ему Жайло.
Отличились в этот грозный час женщины Христиановского, они помогали мужчинам в бою, поднимали их боевой дух. Старуха Кяба Гоконаева ходила по улицам и призывала всех мужчин на священную войну с «волчьими» сотнями Шкуро:
«Тревога, мужчины...
Белоказаки наступают.
Пусть никто в этот грознейший час не делает
Свою жизнь для себя сладкой...
Пусть наденет на себя шаль женщины тот,
Кто пустит белоказаков...»
К 11 часам ночи бой прекратился. Ночь прошла относительно спокойно. Христиановцы понесли небольшие потери. Героические защитники были полны решимости стоять до конца.
Рано утром 30 января керменисты послали две партий разведчиков с заданием выяснить место расположения, силу и планы неприятеля.
В это время подняла голову сельская буржуазия, ждавшая «добровольческую армию». Кулаки, попы и белопогонники собрались в сельсовете и стали настаивать на посылке мирной делегации к генералу Шкуро.
Комитет РКП(б) «Кермен» вызвал в совет бойцов из скопов и разогнал контрреволюционную свору.
Одна партия разведчиков, посланная из села, задержала в степи штабс-капитана Гаспара Тугкаева. Его привели в штаб для допроса, а потом посадили под арест. Другая группа разведчиков сообщила, что неприятель ночью находился в соседней станице и опять готовится к наступлению. Действительно, генерал Шкуро вновь начал осаждать Христиановское. На этот раз сил у него было в три раза больше, чем накануне. Деникинский генерал вернул некоторые части из отправленных на город Владикавказ. Кроме того, он дополнительно мобилизовал контрреволюционно настроенных казаков из станиц Николаевской, Змейской и Ардонской.
У селения стояли четыре вражеских полка с пушками, пулеметами и бомбометами.
Утром 30 января Шкуро двинул эти полки в атаку. Враг открыл по селу огонь из орудий, бомбометов, пулеметов и ружей. У христиановцев боеприпасы были на исходе, но, несмотря на это, они продолжали борьбу. Бои шли на окраинах села. Всех защитников охватил единый порыв - даже кровники сражались плечом к плечу против общего ненавистного врага.
Повторная попытка белогвардейцев взять село штурмом не увенчалась успехом. Христиановцы и на этот раз отбили все атаки противника с большими для него потерями. Однако генерал Шкуро решил во что бы то ни стало завладеть селом, иначе он не мог предпринять наступление во Владикавказ. Он выделил три «волчьих» сотни конницы для прорыва фронта и пообещал им на двое суток отдать село на разграбление.
В 3 часа дня этим сотням удалось ворваться в центр села по руслу реки Астаудон. В селе они начали зверствовать: рубили шашками тяжелобольных, стариков, детей и женщин.
В момент самой ожесточенной борьбы с белогвардейцами из Владикавказа в сел. Христиановское прибыл К. Кесаев. Он сообщил защитникам села, что из города по распоряжению Серго Орджоникидзе в помощь Христиановскому направлен батальон Красной Армии. Этот батальон где-то около села Ардон вступил в бой с белыми.
«Батальон не дошел до села Христиановского, но сообщение о нем, - пишет Антон Елбаев, - сделало свое дело. Произошло неожиданное: отступавшие в беспорядке, уже почти побросавшие оружие толпы людей, остановились, быстро сорганизовались в отряды, появились командиры отрядов, оружие. С криком «ура» отряды двинулись по разным улицам против белых, открыв ружейный и пулеметный огонь. Уличные бои разгорелись с новой силой... Отборные белогвардейские части были отброшены, разгромлены и остатки их панически бежали к краю села. Выбраться из села белогвардейцам оказалось так же трудно, как и ворваться в него. Их косили пули героических защитников села, их избивали вилами, топорами, всем, чем попало. Враг потерял больше половины белобандитов.
Исключительную храбрость в этих боях проявили многие бойцы, в том числе: Б. Агузаров, Х. Дзедаев, К. Казбеков, С. Чихавиев, Лало Зембатов, братья Кодзасовы, А. Тотоев, Тох Бузоев и многие другие.
Второй день борьбы не обошелся без новой кулацкой вылазки. Рано утром, еще до вторжения «волчьих» сотен, священник Сохиев, подняв белый флаг, с двумя верховыми отправился к Шкуро с предложением мира. Его уполномочили кулаки, разогнанные накануне в сельсовете. Эту «мирную» делегацию керменисты обстреляли и вернули обратно.
Вечером 30 января некоторым кулакам и их прихвостням удалось тайно вырваться из села. Они донесли Шкуро о тяжелом положении христиановцев, о том, что их силы на исходе.
Действительно, к этому времени у христиановцев почти не оставалось патронов, часть жителей была охвачена паникой, улицы усыпаны трупами. Со всех сторон раздавался плач, стоны, крики о помощи. Защитники села, оценив обстановку, решили, что дальнейшая оборона не имеет смысла. Керменисты прорвали цепь белых и ушли в Черный лес, чтобы сохранить силы для дальнейшей борьбы. В лес ушли не только большевики, руководившие обороной, но и часть трудовой молодежи села. В селе осталась лишь небольшая группа керменистов для подпольной работы.
31 января 1919 года банды Шкуро заняли сел. Христиановское. Но это Шкуро обошлось дорого. Только убитыми деникинский генерал потерял около пятисот человек, в том числе одного из своих личных помощников.
Значительные потери были и у мужественных защитников села: 280 бойцов отдали жизнь за Советскую власть.
Генерал Шкуро впоследствии заявлял, что такого боя и таких потерь, как в Христиановском, он не имел ни в одном населенном пункте.
Заняв село, белоказаки поставили на площадь две виселицы и учинили жестокую расправу над пленными и населением. Первым они повесили кермениста М. Челохсаева (из сел. Алагир), предварительно отрубив ему руки и ноги. «Волчьи» сотни с позволения Шкуро трое суток грабили село. Они отбирали у жителей лошадей, скот, птицу, ценные вещи. Того, кто оказывал грабителям сопротивление, убивали на месте. В дни господства деникинцев это стало повсеместным явлением в Северной Осетии.
После занятия Христиановского, Долаково и Кантышево враг направил свои силы на захват Владикавказа.
Вокруг города развернулись ожесточенные сражения.
Боями за оборону Владикавказа и Ингушетии непосредственно руководил Серго Орджоникидзе. Личным примером, все время находясь на передовых позициях, он вдохновлял бойцов. Его верная подруга 3. Орджоникидзе писала в своих воспоминаниях: «Он давал приказания, требовал, убеждал, вдохновлял. Много раз ему приходилось перевязывать раненых бойцов. Уже одно его присутствие в окопах, где свистели белогвардейские пули, вселяло в бойцов бодрость и уверенность в победе».
В течение десяти дней красные части вели тяжелые оборонительные бои - в технике, в живой силе противник превосходил красных в несколько раз. Положение становилось угрожающим, боеприпасы на исходе, связь с Г. К. Орджоникидзе и командующим фронтом Терской республики Н. Ф. Гикало была прервана. Кольцо вокруг города, несмотря на героизм его защитников, сжималось все теснее и теснее. В I1 часов ночи 10 февраля штаб обороны города принял решение организованно отступить по Военно-Грузинской дороге на юг, в Грузию.
Вместе с красноармейскими отрядами из Владикавказа отходили партийные и советские работники и члены Кавказского Краевого комитета РКП(б), руководители Терского совнаркома, Владикавказской партийной организации: С. Кавтарадзе, К. Цинцадзе, Г. Анджиевский, С. Мартынов, П. Огурцов, П. Агниев и др.
С красными частями двумя группами отступали руководящие работники Северной Осетии. В одной группе были Г. Цаголов, Т. Созаев, А. Ботоев, Д. Тогоев, М. Каллагов и др. Отступая по Военно-Грузинской дороге, во время стычек с белобандитами около сел. Чми А. Ботоев и Т. Созаев оторвались от своих товарищей и пробрались в Грузию «звериными тропами». Другие же,
в том числе Г. Цаголов и Д. Тогоев, пробрались через Горную Осетию в Дигорское ущелье, которое еще не было занято деникинцами. Его оборону красные отряды держали до середины мая.
Во вторую группу входили А. Гостиев, Д. Гибизов, Д. Бабков и др. - всего 9 человек. Они отступили в Хевсуретию, но здесь, схваченные грузинскими контрреволюционерами, погибли.
К. Бутаев, близко знавший Гибизова и Гостиева, в связи с их трагической гибелью писал: «Гибизов... был мозгом партии; он работал внутри ее, направлял ее тактику и определял задачи, когда он был еще один, когда не были еще в партии Андрей Гостиев и Георгий Цаголов... Вдохновленный и влюбленный в свою идею, он был центром партии, идейным вождем ее. Для керменистов его мнение всегда было решающим. Его любили; и как вождя, и как друга, и как товарища самого безупречного поведения и глубокой искренности. Он был самый устойчивый, прямолинейный и неутомимый культурный работник. В родном селении Христиановском к нему относились почти с благоговением. Старики приходили к нему, молодому человеку,.. и просили совета...
А. Гостиев - старый социалист, человек кристальной чистоты и честности... Он рвался к борьбе, жил этой борьбой за обездоленных, за бедноту... Он отдал жизнь за эту бедноту, он заставил умереть себя за идею»?
В конце своей статьи К. Бутаев дал такую характеристику руководителям партии «Кермен»: «Если Гибизов был прямолинейный человек и голова партии, если Гостиев был ее душой, гибким политиком, всегда дававшим партии верный диагноз политического момента и верную тактику, то Цаголов был деятельным агентом партии, вдохновляя товарищей на героический подвиг и на неутомимую деятельность».
Вместе с Г. К. Орджоникидзе в горную Ингушетию отступили Ф. Махарадзе, Ф. Булле, Я. Бутырин, Д. Гегечкори, А. Назаретян, Б. Калмыков, А. Катханов, У. Зязиков, А. Гойгов и др. Серго Орджоникидзе остановился в селении Мужичи. Вместе с ним находились Б. Калмыков, А. Назаретян, больной тифом Я. Бутырин и др.
В своих воспоминаниях о Серго З. Орджоникидзе пишет: «В Мужичьем Серго начал завязывать связи с отступившими в горы красноармейцами. Они объединились по заданию Серго в отряды Красной Армии... За голову Серго белогвардейцы назначили несколько миллионов рублей».
Несмотря на опасность, Г. К. Орджоникидзе вместе с другими товарищами разрабатывал планы партизанской борьбы, подпольной работы большевистских организаций в тылу врага. Три месяца работы Серго Орджоникидзе в горах Ингушетии не прошли даром. «Были созданы крепкие красноармейские сотни, население было готово к борьбе...», - пишет 3. Орджоникидзе.
В конце апреля 1919 года Серго покинул Ингушетию и через Хевсуретию (аул Амчи) нелегально пробрался в Тифлис.
Перед оставлением Северного Кавказа Г. К. Орджоникидзе передал руководителям партизанских отрядов и подпольным большевистским организациям письмо, в котором призывал всех горцев сохранить преданность Советской власти и развернуть партизанскую войну против деникинских белогвардейцев.
Кулов С. Д. Керменисты в борьбе за Советскую власть. Орджоникидзе, «Ир», 1973.
Литература:
Архив ИИЭЯЛ, ф. 23, оп. 1, д. 3, л. 3.
Архив ИИЭЯЛ, ф. 21, оп. 1, д. 124, л. 6.
СООПА, ф. 1849, д. 1, л. 109.
Орджоникидзе Г. К. Избранные статьи и речи, М., 1956.
Борьба со Советскую власть в Северной Осетии. Сборник.
«Терская правда» № 1, 19 август 1918 г.
«Народная власть» №133, 2 октября 1918 г.
«Кавказский рабочий», 27 января 1918 г.
«Революционный горец», 22 ноября 1918 г.
«Молот», 7 августа 1919 г.
