Возникновение партии «Кермен»
Ее цели и характер
Завоевав большинство во Владикавказском Совете и других городах и рабочих поселках Терской области, большевики обратили внимание на укрепление своих позиций в деревне. Владикавказский большевистский комитет, лично С. М. Киров устанавливают связь с большевиками, возвращающимися в осетинские села, поручают им вести агитационную работу среди населения, сплачивать крестьянскую бедноту. В сельских районах Терской области, в Осетии в частности, не было еще оформленных большевистских организаций. В селах проживали только отдельные большевики или группы большевиков (Г. Цаголов, С. Мамсуров, Н. Кесаев, А. Гостиев, Д. Ги- бизов, Е. Рамонов, А. Ботоев и некоторые др.), которые, будучи членами большевистской организации г. Владикавказа, работали под ее руководством. По ее заданиям они выступали на сельских сходах, разоблачали антинародную политику временного правительства, призывали крестьян решать земельный вопрос революционным путем. Важное место в большевистской агитации отводилось разъяснению крестьянам контрреволюционного характера буржуазно-националистических правительств», «национальных советов» и «союзов».
Трудящиеся крестьяне убеждались в том, что им не по пути ни с «Союзом горцев», ни с другими националистическими объединениями, защищавшими интересы помещиков и капиталистов.
Для обеспечения влияния большевиков в деревне нужно было, исходя из местных условий и специфических особенностей Осетии, найти наиболее целесообразную форму политической организации, которая бы позволила поднять массы деревенской бедноты на борьбу за победу социалистической революции.
Е. А. Полякова, член Владикавказского Комитета РСДРП(б), писала, что уже с апреля 1917 г. Киров, а затем и Буачидзе, учитывая слабость партийной работы в кавказской деревне, решали вопрос о том, как лучше организовать осетинских трудящихся, какую форму организации найти для Осетии. Нужно было создать такую организацию, которая бы сплотила трудовые массы Осетии вокруг большевиков, просветила бы их политически, подняла бы до понимания задач социалистической революции. Вместе с тем такая организация служила бы связующим звеном между владикавказскими большевиками и трудящимися Осетии. Неизбежные до поры до времени особые условия работы в горской деревне не могли не наложить своего отпечатка на характер создаваемой организации. Большевики Владикавказа проявили политическую гибкость в этом вопросе. Они сочли необходимым создать самостоятельную революционно-демократическую организацию «Кермен». Большую работу по созданию этой организации провели большевики Д. Гибизов, Н. Кесаев, Т. Созаев, а также руководители Владикавказского большевистского комитета С. М. Киров, Н. Буачидзе, М. Орахелашвили. «Кермен» выросла в большую политическую силу и сыграла значительную роль в деле организации борьбы трудящихся Осетии за победу Великой Октябрьской социалистической революции.
Первоначально, исходя из учета социалыю-политических условий Осетии, организаторы «Кермен» создали ее как самостоятельную «революционно-демократическую партию», которая должна была объединить и сплотить все революционные силы осетинского народа вокруг большевиков для борьбы с контрреволюцией. Поэтому в момент своего создания «Кермен» не провозгласила задачи социалистической революции. В этом сказалась особенность тактики большевиков, которые строго учитывали национальные и социально-экономические особенности Северного Кавказа. Определяя цели и задачи партии «Кермен», надо было выдвинуть такие лозунги, которые бы были наиболее понятны для основных, по преимуществу крестьянских, масс этого края, способствовали бы их сплочению и постепенному подведению к пониманию необходимости завоевания диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства.
В период бурного развития революции, отдельные месяцы которого по их историческому значению В. И. Ленин приравнивал к десяткам лет обычного «мирного» развития, происходит быстрое революционизирование трудящихся масс. Формально не выдвигая социалистических задач, «Кермен» по всем коренным вопросам революционной политики и тактики действовала в тесном единении с большевистскими организациями.
По поручению Владикавказского большевистского комитета Д. Гибизов выработал проект программы партии «Кермен», который обсуждался на совещании руководящей группы.
Проект программы исходил из основной посылки о необходимости выработать такую политическую платформу, которая бы обеспечила сплочение вокруг нее широких масс трудящегося крестьянства Осетии, составлявшего основную часть населения области.
При обсуждении проекта начались бурные споры. Некоторые товарищи не соглашались с названием партии. Они предлагали назвать ее не «революционно-демократической», а большевистской. Сторонники этой зрения (Н. Кесаев и др.) игнорировали конкретно-исторические условия Осетии, которые обуславливали некоторые особенности тактики большевиков. Эти товарищи также выразили свое несогласие с пунктом проекта программы о земле, который признавал допустимость вознаграждения за счет государства за мелковладельческие земли. В отношении проекта победила точка зрения Д. Гибизова и представителя Владикавказского комитета большевиков С. Мамсурова. Они говорили, что тактических соображений следует создать особую автономную революционно-демократическую организацию. Сторонники ее исходили из того, что нужно выработать такую политическую платформу, которая бы не закрывала двери в организацию широким массам трудящегося крестьянства Осетии, подымавшегося на борьбу за свое социальное освобождение. Только таким путем можно было обеспечить массовый характер новой организации, распространить среди осетинских трудящихся большевистские идеи, подготовить кадры революционеров из Осетии и поднять трудовые массы на борьбу за социалистическую революцию.
В проекте программы по земельному вопросу выдвигалось требование уничтожения частной собственности на землю и превращение ее во всеобщее достояние; указывалось, что пользование землей должно быть уравнительно-трудовым и допускался выкуп мелких частновладельческих земельных участков. Вопрос о выкупе мелких частновладельческих крестьянских земельных участков автором проекта мотивировался отсталостью осетинской деревни, и практически этот пункт имел чисто тактическое значение. Гибизов объяснял, что осетины в прошлом через крестьянский банк приобрели немало земли, среди них имеется много мелких частных собственников и что на первых порах нет смысла отпугивать их пунктом о национализации.
Организаторы «Кермен» считали этот пункт проекта необходимым шагом в период перерастания буржуазно-демократической революции в революцию социалистическую. Они исходили из того, что в Осетии, дальнейшая судьба которой была связана с судьбой общероссийского революционного движения, в конце концов, сложатся аналогичные с Россией условия и порядки, а поэтому, с точки зрения конечных целей, допущенные в программе отступления решающего значения не имели.
Если реальная обстановка подсказывала в интересах ближайших задач, заключавшихся в завоевании на свою сторону широких слоев крестьянской бедноты, целесообразность формального отступления от программы РСДРП(б), то авторы признавали его допустимым.
Прежде чем принять этот проект программы, члены инициативной группы обратились за помощью в большевистскую фракцию Владикавказской организации РСДРП, где С. М. Киров, Н. Буачидзе, М. Орахелашвили посоветовали им переработать проект под углом зрения максимальной защиты интересов осетинской бедноты, сделав центральным пунктом ее конфискацию помещичьих, казенных и церковных земель без выкупа. На основе этих указаний проект был изменен, но все же с точки зрения программы РСДРП (б) оставался не вполне последовательным.
В связи с этим в большевистском комитете Владикавказа некоторые высказались против «Кермен». Но С. М. Киров решительно осудил такую позицию отдельных членов комитета. «С. М. Киров, обычно немногословный на заседаниях, на этот раз говорил много и «ядовито». Люди хотят бороться, — говорил он, — хотят подвести крестьянские массы к борьбе за власть... Они нас свяжут с осетинской деревней... Надо повести их рядом с собой, и в этой совместной борьбе они будут сбрасывать некоторые иллюзии, которые сейчас нашей общей борьбе не мешают».
Владикавказский комитет большевиков высказался за руководство организацией «Кермен», что имело в этот момент для только что складывавшейся молодой организации решающее значение и предопределило в будущем ее политическую физиономию. После консультации с Владикавказскими большевиками для организаторов партии «Кермен» перспектива стала яснее, а их действия увереннее.
В целом проект программы был революционный, отвечал чаяниям, интересам безземельного и малоземельного крестьянства; практическая же деятельность «Кермен» вышла за рамки проекта программы. С. М. Киров, осуществлявший постоянное руководство партией «Кермен», характеризуя ее программу, отмечал: «Программа этой партии в общем ни в чем не расходится с программой большевиков».
Проект программы партии «Кермен» был опубликован 1 октября 1917 года в газете «Красное Знамя» - органе владикавказских большевиков. Но официально этот проект никогда не был принят как программа партии «Кермен». Буржуазные, меньшевистские и эсеровские газеты категорически отказались поместить проект программы «Кермен». Так «Горская жизнь» - орган контрреволюционного «Союза горцев» — по поводу опубликования проекта программы «Кермен» в иронических тонах писала, что «после Февральской революции партии растут, как грибы после дождя, а партия «Кермен» это миф». Несколько позже, когда «Кермен» заявила о себе своими делами, политические враги увидели, что это не миф, а реально существующая политическая организация, которая очень быстро росла и завоевывала трудящиеся массы Осетии на свою сторону.
Первый комитет «Кермен» был создан в с. Христиановском в конце лета 1917 г., а в октябре оформился Владикавказский комитет «Кермен». Затем на собрании актива во Владикавказе был избран ЦК партии «Кермен». Низовые ячейки партии стали создаваться во многих селах и аулах Северной Осетии. К концу 1917 г. «Кермен» насчитывала в своих рядах более 1000 человек.
В некоторых местах керменисты объединились с большевиками. Почти одновременно с «Кермен» в Христиановском организовалась группа большевиков из 9 человек во главе с Шамилем Абаевым. К концу лета вокруг этой группы уже объединилось около 200 человек. «Кермен» направила в эту группу большевиков своего представителя - члена ЦК Дебола Гибизова с предложением объединиться. Христиановские большевики отказались от объединения, мотивируя свой отказ наличием некоторых расхождений в программе по земельному вопросу. Через несколько дней в Христиановское прибыл из Владикавказа другой член ЦК «Кермен» — Н. Кесаев, передавший Ш. Абаеву письмо от Ноя Буачидзе, который рекомендовал объединиться с «Кермен». Получив это письмо Буачидзе, Христиановская группа приняла решение вступить в «Кермен».
Социальный состав «Кермен» был бедняцко-середняцким, о чем говорит изучение отдельных списков членнов «Кермен» и керменистских военных отрядов. В одном из списков насчитывается 66 человек, из них: бедняков - 39 человек, середняков - 19, служащих - 7, зажиточных - 1. В списке красных партизан-керменистов 34 человека, из них: бедняков - 25, середняков - 8, зажиточных - 1. Другие материалы также говорят о бедняцко-середняцком составе членов партии «Кермен». Для обеспечения четкой классовой линии организации «Кермен» в ее ряды вошли большевики Г. Цаголов, А. Гостиев, С. Мамсуров, Е. Рамонов. Они прочно связали всю работу керменистов с деятельностью большевиков.
Таким образом, в лице «Кермен» большевики нашли очень важную форму политической организации деревенской бедноты для борьбы с буржуазией и кулачеством за победу социалистической революции в Осетии.
См.: Екати Б. П. Большевики Терека - организаторы борьбы трудящихся за установление и упрочнение Советской власти в Северной Осетии.
