Феодальные отношения в Дигории
Материалы Комиссии, учрежденной для разбирательства прав дигорских старшин и черного народа в г. Нальчике 1849 года под председательством полк. Алехина и членов: команд. Донского казачьего 34-го полка подп. Попова, чиновников со стороны русского правительства при Кабардинском суде майора Наттера и и. д. секретаря Кабардинского суда Дадышева.
Избранные из простого дигорского народа, живущего на плоскости, старики Батай Курнаев, Хаджи Жарасов, Бараспи Баликоев, Гуйман Гуцунаев, Кудай Гокоев, Кудайнат Гатагонов и другие, были спрошены комиссиею, учрежденною для разбора прав дигорского народа с старшинами их 1849 года марта в 17-й день, единогласно показали следующее:
Издревле дигорский народ имел постоянное жительство в горах, считал себя всегда вольным и был независим ни от каких владельцев. Земли, находящиеся в горах, приобретены в давнее время предками нашими. Податей мы никому не платили до тех пор, пока значительная часть народа дигорского принуждена была по недостатку земли в горах спуститься на плоскость и поселиться на земле, принадлежащей фамилии кабардинских князей Таусултановых. Князья эти, дозволив жить на земле своей, вместе с тем обязали поселившихся на плоскости дигорцев давать им за право пользоваться этою, землею в год с каждого двора по одному барану, и это была первая подать, которую по необходимости и по условию предки наши должны были давать фамилии Таусултановой. Вместе с простым народом выселились плоскость три фамилии дигорских баделятов: Туганова, Кубатиева и Каражаева. Как эти три фамилии, так и другие живущие в горах, имеют одно общее название баделятов, принятое ими от родоначальника своего Баделя, прибывшего в Дигорию, как говорит народное предание, в древние времена гостем, основавшим потом постоянное жительство в горах. Впоследствии времени род Баделя, увеличившись, разделился на многие фамилии, поныне существующие под именем баделятов. Вместе с переселением части дигорского народа с гор три фамилии баделятов: Кубатиева, Туганова и Каражаева в одно и то же время переселились на плоскость. С этого именно времени начинается явное влияние баделятов на наш род по той причине, что выселившиеся на плоскость дигорцы в скором времени начали претерпевать от соседственных народов неприязненные нападения и особенно во время полевых работ. Такое тягостное положение заставило народ войти в обязательство с фамилиями баделятов, которые по просьбе народа приняли на себя охранение границ и отражение вооруженною рукою нападений соседственных племен; словом, баделяты нанялись у народа на службу, а народ в вознаграждение с своей стороны обязался давать баделятам в год с каждого двора по одной копне сена, по барану и заниматься в летнее время пахотьбою и жнитвом. Эти-то взаимные условия баделяты обратили потом в постоянную подать народа, хотя повинность эта следовала прежде от народа баделятам в таком только случае, когда они охраняли нас от нападений соседственных племен, но как с давнего времени все окрестные нам горские племена народов покорились уже русским, то с прекращением опасности набегов неминуемо должна прекратиться даваемая народом по условию баделятам подать, которую они берут ныне насильственным образом и увеличивают налоги до совершенного отягощения народа; так, например, если у кого из простого народа пасутся стада баранов на земле, даже не принадлежащей баделятам, то и тогда они берут тех по барану, как бы стада паслись на их земле; или баделяты брали прежде с каждого двора одну сапетку меду в 20 фунтах, а теперь берут вдвое больше. Так же мы, живущие в ауле полковника Туганова, несем от него большие отягощения в особенности в отношении леса, которым он не позволяет нам пользоваться, и берет за сделанный каюк или арбу по 1 руб. серебром; говорит, что этот лес его собственность и подарен ему государем императором. По примеру Туганова и фамилия Каражаева не позволяет жителям своего аула пользоваться тоже лесом.
Справедливость нашего показания о том, что народ дигорский был всегда совершенно вольный и нисколько независимый от баделятов, имеющих ныне несправедливое притязание на независимость нашу, подтвердить могут живущие в соседстве о нами алагирцы и жители деревни Лезгор. Самое большое притеснение, претерпеваемое нами от баделятов, кроме самовольных налогов и поборов с народа, состоит в том, что они не дозволяют нам по древнему обычаю, как народу вольному, переселяться по своему желанию в Другие места, на что однакож не имеют никаких законных прав и руководствуются в этом случае просто правом сильного. Между тем народ дигорский прежде переселялся всегда в другие места по своему желанию и произволу, и баделяты никогда не смели удерживать у себя никого. Так, после убийства дигорцами кабардинского князя Биасланова родственники наши беспрепятственно переселились в Моздок, и если бы баделяты считали их своими подвластными, то не позволили бы им этого сделать, ныне же стараются выставить нас в отношении себя зависимыми, что совершенно несправедливо, как несправедливо и то, что они землю, на которой мы живем теперь, называют своею, тогда как земля эта до прекращения рода князей Таусултановых принадлежала этой фамилии и не была никогда баделятами у них куплена, иначе дигорский народ за право пользоваться этой землей не давал бы фамилии Таусултановой с каждого двора по барану, а вносил бы повинность эту баделятам. Впрочем, кому именно принадлежит земля, на которой мы живем теперь, и была ли она действительно куплена баделятами у фамилии Таусултановой, все это должно быть хорошо известно старикам кабардинского народа и в особенности узденям прекратившейся фамилий князей Таусултановых.
Весь дигорский народ, живущий на плоскости, просит одной милости дозволить нам переселиться от баделят на другое место, какое угодно будет русскому правительству назначить нам, и мы по преданности нашей к государю императору и России с большою готовностью рады будем всем обществом выполнять все повинности и службу, как и другие горские народы. Все сие показали по сущей правде и готовы утвердить показание наше присягою, в чем в удостоверение по неграмотству нашему прикладываем знаки чернильные перста. Батай Курнаев, Хаджи Жарасов, Бараспий Баликоев, Гуйман Гуцунаев, Кудай Гокоев, Кудайнат Гатагонов.
При отобрании показания присутствовали члены ком. полковник Алехин и др. (Подписи).
См.: Скитский Б.В. (составитель). Хрестоматия по истории Осетии. Часть I. С древнейших времен до 1917 г. (2-е переработанное и дополненное издание). 1956 г.
