Феодальные отношения в Северной Осетии
Осетинский народ накануне присоединения его к России в конце XVIII в. и в начале ХІХ в. занимал четыре ущелья по северному склону Центрального Кавказского хребта: Тагаурское - в бассейне рек Гизельдона и Геналдона, Куртатинское - в бассейне реки Фиагдон, Алагирское - в бассейне реки Ардон и Дигорское - в бассейне реки Урух.
До ХІV в. предки современных осетин, аланы, жили не только в горах, но занимали и равнину до Кубани. В результате свыше двухвекового господства на Северном Кавказе татаро-монголов и их борьбы с осетинским народом, осетины должны были оставить равнину, переселиться в указанные выше ущелья. Обладателями этих степей впоследствии стали кабардинские феодалы, владения которых подошли к самым горам. У осетин, замкнутых в горах, продолжали развиваться те феодальные отношения, которые сложились у них еще в аланский период, в Х-ХІ вв.
По состоянию источников нет возможности проследить во всей конкретности развитие феодальных отношений у северных осетин, но суть этих отношений, как они сложились накануне присоединения осетин к России, т. е. ко второй половине XVIII века, может быть ясно представлена.
Эти отношения наиболее ярко вскрываются по записям обычного права осетин, сделанным представителями русской власти на Кавказе в 40-х гг. XIX в.
Предпосылкой развития феодальных отношений в горах Северной Осетии было разложение родового строя. Энгельс указывает, что в горных условиях обычно очень рано родовая община начинает разлагаться и прекращаются переделы земли между членами рода. Это вытекает из того, что в горах земля остается в частном владении тех, кто с огромным напряжением труда привел её в годность под пашню. Остальные же угодья: луга, леса и воды продолжали оставаться в общем владении рода. Но поскольку пахотные земли могли быть отчуждены во владения еще других родов, родовая община тем самым превращалась в соседскую или деревенскую общину.
Отдельные семьи, преимущественно родовые старейшины, богатели. Они, используя в домашнем хозяйстве труд рабов, расширяли свои земельные владения или же, занимая выгодные места на дорогах, ведущих в Закавказье, собирали плату с проезжавших и брали пошлины с купеческих товаров, или же, наконец, совершали набеги за хребтом и захватывали скот и пленных. Таким путем выросли «сильные» фамилии (стыр мыгкӕгтӕ).
В условиях неустанной борьбы родов с родами, ущелий с ущельями, в условиях борьбы с сильными соседями, главным образом, с кабардинскими князьями «сильные» фамилии, как лучше вооруженные, брали на себя роль «защитников» населения, охранителей скота на пастбищах. За это население давало им «подарки». Но вскоре из «защитников» они превратились в господ той общественной земли, на которой выпасался скот, и «подарки» превращались в обязательную повинность, которую население принуждено было выполнять. Этот процесс превращения «сильных» людей из слуг своего общества в его господ, претендовавших на общинные леса и пастбища, был медленный и сопровождался упорной борьбой. Народ никак не мирился с «правом» господ на луга, леса и пастбища, с их требованием дани. Народ продолжал считать эти земли своими, а отдаваемую им дань только «подарками». Но из экономического неравенства, из силы рождалось феодальное «право», «право» феодала над своими зависимыми.
Таков был путь развития и укрепления феодальных отношений в четырех указанных обществах Северной Осетии. Хотя степень развития феодальных «прав» у «сильных» фамилий в разных обществах была разной, все же в основном все они характеризовались следующим: общество делилось на два основных класса феодалов и зависимых.
Феодалы в Северной Осетии назывались по-разному. В Тагаурии они назывались тагиатами (их было 11 фамилий, из них самая крупная фамилия Дударовых); в Куртатинском ущелье - куртатами (4 фамилии), в Дигории - баделятами (7 фамилий). Звание их переходило по наследству. Роднились феодальные фамилии только между собой или со знатными фамилиями других обществ (Кабарды и проч.). Кровь феодалов и калым их дочерей были выше цены простых людей. Все население отдельных ущелий было распределено между феодалами. У них были верховные права на земли своих подвластных; это выражалось в том, что, когда подвластный продавал свою землю на сторону, то должен был прежде всего предложить ее своему феодалу.
Феодалы брали ренту со своих подвластных в форме оброка, а позднее на плоскости и в форме барщины.
Основная масса населения была в зависимом положении от феодалов. В Дигории зависимые назывались адамихатами, в остальной же части Северной Осетии - фарсаглагами, что значит «живущие около, живущие сбоку». Фарсаглаги имели свои земельные участки, пользовались правом перехода от владельца к вла-дельцу.
В западной части Осетии, в Дигории, существовала еще одна категория зависимых - хехесы. Это переселенцы из других обществ; лично свободные, они несли только поземельную повинность баделятам, на землях коих они жили.
У феодалов были еще и рабы. Рабы делились на две категории. Первую категорию составляли кавдасарды («рожденный в яслях“»). В Дигории они назывались кумаягами.
Это были дети феодалов от жен (номылус), взятых из низшего сословия. После смерти владельца номылус с детьми могла уйти и жить отдельно. Хотя кавдасарды считались «младшими братьями» тех детей, которые были у феодалов от «главной» жены, взятой из знатной фамилии, но фактически их положение было рабским. Они выполняли все работы по домашнему хозяйству, а после ухода из дома господина все же были обязаны некоторыми повинностями своим господам.
Другую категорию рабства составляли косаги - рабы или холопы, находящиеся в полной зависимости от своих господ; их можно было продать, убить и проч. Они выполняли все работы в хозяйстве господина.
Развитие феодальных отношений в Северной Осетии сопровождалось острой классовой борьбой. Большое восстание дигорских крестьян против господ (1781 г.) очень ярко описал путешественник Штедер, который сам принимал участие в этой борьбе, стараясь склонить крестьян на сторону России.
В записи адатов (1844 г.) вскользь сказано, что тагаурские феодалы в обстановке острой классовой борьбы, отказываясь от своих феодальных прав, продавали крестьянам земли без выкупа.
Присоединение Осетии к России, завершившееся в 1830 г., когда в ущельях были поставлены русские приставы, является новым периодом в жизни осетинского народа и, в частности, в истории феодальных отношений в Осетии.
Присоединение Осетии к России повлекло за собой следующее: осетины с разрешения властей стали переходить на плоскость, занятую ранее кабардинскими феодалами.
Заселение плоскости вели, главным образом, феодалы, которые брали с собой и своих зависимых и основывали на плоскости аулы, названные в самом начале по фамилии феодала.
См.: Тедтоев А. Временнопроживающие крестьяне в Северной Осетии во второй половине XIX и начале XX века. 1952 г.
