ЖЕРТВЕННОСТЬ КАК ЕДИНСТВЕННО ВОЗМОЖНЫЙ СПОСОБ СУЩЕСТВОВАНИЯ
У нас в гостях актер Казбек Кибизов - исполнитель главной роли в документальной драме «Главный грек Российской империи», повествующей о жизни первого Президента Греции и Министра иностранных дел Российской империи времен правления Александра I, выдающегося политического деятеля ΧΙΧ века Иоанниса Каподистрии.Российского актера театра и кино Казбека Кибизова желтые издания не жалуют. Интернет не пестрит анонсами о его бракоразводных процессах и «громких» приобретениях, папарацци не следят за тем, с кем он появляется на людях, кого обнимает на вечеринках. Его не приглашают на модные шоу, в центре которых детекторы лжи, анализы ДНК, показания обманутых и жаждущих реванша.
- Ну и, слава Богу, - смеется Казбек.
- Ну и, слава Богу, - думаю я…
Потому что категорически не согласна с мнением, что личность актера не имеет по большому счету отношения к образу героя и главное тут профессиональные навыки …
Потому что именно Казбек Кибизов замечательно сыграл роль удивительного человека редкостной порядочности и душевной чистоты… Государственного деятеля, навсегда оставшегося в истории России и Греции… Иоанниса Каподистрии.
Во время съемок фильма – работа над сценарием
- Казбек, расскажите немного о себе, как складывалась ваша карьера, как вы решили стать актером?
- Я родился в Северной Осетии, папа был политиком, мама – профессионально пела. Желание стать актером у меня было всегда, но я был убежден, что отцу это не понравится. К актерской профессии он относился как к занятию несерьезному… Поэтому я поступил на экономический факультет во Владикавказе… Но, проучившись год, четко понял: это не мое. Пришел домой и сказал о своем решении маме. Она отнеслась с пониманием. Предложила попробовать и если получится – ехать в Москву…
- Попробовать где?
- Я поступил на актерский факультет Североосетинского Государственного университета. У меня была потрясающий педагог – Любовь Геннадиевна Дворникова… я ей многим обязан. Но через два года я уехал в Москву.
- То есть, вы решили, что у вас получилось?
- Я продолжил учебу в театральном институте имени Щукина, в мастерской у Михаила Борисова. Так в мою жизнь вошел театр.
Кадр из фильма. Любовь всей жизни Иоанниса Каподистрии – Роксандра Стурдза
- Вы играли на сцене театра им. Маяковского, однако сейчас, как я понимаю, главным в вашей жизни стало кино? Что вам ближе?
- Сложно сказать. Я не разделяю эти понятия. Но мое субъективное мнение, что кино – сложнее. Для актера, разумеется. В театре все гораздо слаженнее, что ли. Спектакль играется в реальном времени. В кино все в разнобой: разные по хронологии сцены снимаются иногда подряд, либо смешанно, это не просто для психики – впрыгнуть в нужную эмоцию в нужный момент… Есть еще один момент – в кино мы работаем с камерой, она, если это крупный план, находится очень близко. Вот представьте: вокруг куча народу, устанавливается свет, звук, гримеры на ходу что-то там подправляют у тебя на лице… А ты играешь серьезную эмоцию, ты вообще сейчас в другом мире находишься, в другом измерении… И нельзя даже случайно «выскочить» из этого состояния…
- Представить, конечно, сложно… При этом, вы с удовольствием снимаетесь в кино. В многосерийных фильмах…
- Я вообще люблю кино, это моя страсть, моя стихия… Только на съемочной площадке я дышу полной грудью…
- Казбек, скажите, как получилось так, что именно вас утвердили на роль Иоанниса Каподистрии? Вы вообще что-нибудь знали о его личности до съемок в фильме?
- Ничего не знал. Прочитал все, что нашел о нем, перед тем, как прийти на пробы.
- И?
- Я был потрясен силой, размахом, масштабом его личности, удивлен его тотальной жертвенностью… Это мы так оцениваем, а ведь для него это был единственно возможный способ существования…Вся его природа жила этой жертвенностью, этой мечтой о независимости для своей родины. Он все, личную жизнь, все свои интересы, все отдал за эту мечту. И знаете, я просто кожей ощутил, окунувшись в мир этого дивного человека, какой вулкан был у него внутри! При том, что внешне это никак не выражалось!
- А какие сцены были на пробах?
- Там было две сцены – с Роксандрой, когда Каподистрия говорит, что между ними все кончено, и с императором Александром… Тот тяжелый разговор, когда император фактически объявляет Каподистрии о том, что не может более сохранять за ним государственный пост…
- Казбек, наверняка на роль Каподистрии пробовались и другие актеры. Как вы думаете, почему предпочтение было оказано вам?
- Думаю, что режиссер и продюсеры увидели пересечение личных качеств Иоанниса Каподистрии с моими. Другими словами, они «увидели» наше внутреннее и внешнее сходство. Пожалуй, больше внутреннее. Но это мое субъективное мнение.
- В чем, по-вашему, это сходство?
- Мне сразу стало понятно, чем он руководствовался, что для него важное, что вторично. Почему и как он ведет себя с императором, что им руководит. Мне все это очень близко…
- А что касается отношений Каподистрии с Роксандрой… Согласитесь, не часто встретишь такой пример любви на расстоянии, любви, длиною в жизнь, к женщине, которая стала супругой другого…
- У меня есть такой опыт…
- Казбек, ведь Каподистрия – это не первый грек, которого вы сыграли? Роль Иоанниса Марантидиса в комедии Александра Амирова «Тэли и Тони» совместного производства России, Грузии, Греции и Канады – была вашим первым «греческим опытом». Можно ли сказать, что греческий характер вам близок и вообще, имеет ли, на ваш взгляд, значение национальность героя для актера?
- Да, это вторая роль, где я играю грека. Безусловно, каждый новый персонаж – это, в первую очередь, характер. В постижении греческого мне очень помогли представители диаспоры греков в Москве. Конечно, я задавал различные вопросы и много услышал интересного. И конечно, я ездил в Грецию, был в Афинах, Нафплионе и на о. Корфу. Видел места и ощутил атмосферу, в которой жил и рос Каподистрия. Все это проникло в меня и осталось.
И еще, конечно, был поиск, непосредственный прямой поиск пересечения с личностью Каподистрии в процессе работы над ролью - это не было легко.
- Что именно вы имеете в виду?
- Видите ли, это было своего рода поглощение. Ведь нельзя было ни на минуту забывать о пластике, о каких-то бытовых мелочах. В таких ролях эти мелочи играют большое значение: трость, перчатки, чашка… Все эти детали со съемочной площадки сами собой перешли в мой быт…Я все время думал, как Каподистрия брал перо, как он снимал цилиндр…То есть, я ежесекундно думал о нем и в обычной своей жизни…
- Говорят, каждая роль оставляет след и в сердце, и в жизни актера. Что вы взяли для себя из роли Иоанниса Каподистрии? Вернее, что вам Иоаннис Каподистрия дал?
- Он расширил меня внутренне, понимаете, как будто шар увеличился, появилась опора, пришло спокойствие. Скажу точнее: через созерцательность он дал мне внутреннее чувство опоры… Я ведь полтора месяца был с ним одним целым, смотрел на жизнь его глазами, научился от него этому великому умению испытывать бурю эмоций при внешнем спокойствии…
- Как вы думаете, Иоаннис Каподистрия был счастливым человеком?
- С точки зрения того, что он шел к своей цели – безусловно.
- А вы, Казбек, вы – счастливый человек?
- Меня нельзя назвать несчастливым.
- Не могу не спросить вас о творческих планах…
- В ближайшее время на экраны выйдет драматический полнометражный фильм Натальи Петровой «Джафарон», над которым мы работали почти два года. Я играю в картине одну из главных ролей – мусульманина Джафара, вынужденного путешествовать с иудеем Ароном в поисках своего сына. Снимаюсь в сериале о Муслиме Магомаеве. В Московском Театре на Набережной мы ставим сейчас очень интересную пьесу, премьера которой состоится в феврале будущего года.
Инга АБГАРОВА
из материалов Комсомольской Правды.