О СМЕШАННОМ ИРОНСКО-ДИГОРСКОМ НАРЕЧИИ ЖИТЕЛЕЙ УАЛЛАГКОМА
Материалы, на которые опирается данная работа, собраны во время двух поездок автора в Уаллагком. Записи велись в сентябре-октябре 1957 г. и в октябре 1958 г. Объектом изучения была речь людей разных возрастов и разной степени грамотности: мужчин и женщин, малограмотных и интеллигенции, детей, взрослых и глубоких стариков (например, ныне покойного столетнего старика Кибизова Гамата из с. Дунта, старейшего жителя с. Камунта Цопанова Микала и др.).
Следует отметить, что непринужденную «чистую» уаллагкомскую речь не всегда можно услышать от носителей языка: почти все жители Уаллагкома кроме своего наречия владеют также обоими осетинскими диалектами - иронским и дигорским, очень многие неплохо говорят по-русски. Поэтому они охотно переходят на иронскую (литературную), дигорскую или русскую речь, в зависимости от того, на каком языке говорят их собеседники.
Почти у всех носителей наречия наблюдается сознание или какое-то чувство «несовершенности», «второстепенности» своей родной речи. Они даже не всегда называют себя уаллагкомцами, в большинстве случаев - просто дигорцами.
Чтобы собрать языковой материал как можно полнее, пришлось не ограничиваться общением с отдельными лицами. Интересные записи были сделаны на собраниях, пирах, свадьбах, поминках. Плодотворным было общение с учителями и учащимися Фаснальской средней школы и интерната, которые усердно помогали автору собирать языковой материал.
Общие сведения об Уаллагкоме
Слово «уаллагком» по-осетински означает «верхнее ущелье». И действительно, аулы, объединяемые под этим названием, занимают крайний верх Дигорского ущелья (самого западного из осетинских ущелий), расположенного по течению р. Сонгутидон одного из наиболее крупных притоков Уруха (Ирафа).
Когда-то Уаллагком был густонаселенным районом. Об этом говорят пустынные, сейчас полуразрушенные аулы, население которых переселилось на предоставленные ему Советской властью плодородные земли в равнинной Осетии. Жители сохранились только в четырех аулах: Дунте (42 двора), Галиате (37 дворов), Камунте (13 дворов) и Хуссаре (проживает лишь одна семья). Итого во всем Уаллагкоме насчитывается около 90 дворов, т. е. приблизительно сотен пять населения. Аулы расположены дугой на близком расстоянии друг от друга (1-2 км). Горная дорога от Уаллагкома на восток ведет к перевалу в соседнее Алагирское ущелье, где проживают осетины, говорящие на иронском диалекте.
Среди уаллагкомцев общепринято мнение, что их предки пришли в эти места именно из Алагирского ущелья и являлись носителями «чистого» иронского диалекта. Об этом сохранилось много преданий. Первые переселенцы, по-видимому, попали сюда гонимые нуждой или в поисках убежища от такого социального зла, как кровная месть и малоземелье. Заселение иронцами верха Дигорского ущелья, вероятно, происходило в разные периоды. Из оставшихся аулов, по-видимому, сначала заселены аулы Хуссар и Дунта, затем Камунта и позже всех Галиат. Об этом свидетельствует прежде всего язык жителей этих аулов. Он подвергся влиянию дигорского диалекта в разной степени: больше всего дигорских элементов находим у жителей с. Дунта, меньше у жителей с. Камунта и особенно с. Галиат. Да и само географическое расположение аулов подтверждает это: последние два аула расположены ближе к Алигирскому ущелью.
Общение между двумя ущельями, по-видимому, существовало во все времена. Дорога, хотя и плохая, для горцев едва ли когда-нибудь была непроходимой (кроме, конечно, зимы). Однако экономически Уаллагком представляет единое целое не с Алагирским ущельем, а с десятками дигорских аулов, расположенных ниже (севернее) по тому же Дигорскому ущелью. С народами, живущими на равнине, уаллагкомцы общались также через это ущелье, вниз по течению Уруха и его притоков. Тесное общение с дигорцами особенно усилилось в годы Советской власти. Уаллагкомцы и дигорцы трудятся в одном колхозе, их дети учатся в одной школе-интернате и т. д.
Эти обстоятельства прямо указывают на причины, по которым часть иронцев уаллагкомцы так сильно изменила свой язык под влиянием дигорского диалекта.
О МАТЕРИАЛЕ В. Ф. МИЛЛЕРА ПО ЯЗЫКУ УАЛЛАГКОМЦЕВ
Во время своей первой поездки в Осетию летом 1880 г. В. Ф. Миллер побывал в аулах Уаллагкома. «Ознакомившись с живым иронским наречием во Владикавказе, - пишет он, - мы предприняли экскурсию в Дигорию для изучения дигорского наречия и прожили по нескольку дней в аулах Камунта и Стыр-Дигоре».
В Камунте, одном из четырех аулов Уаллагкома, В. Ф. Миллер записал две сказки на смешанном говоре: «Лӕг, бирӕгъ æмæ рубас» - Человек, волк и лисица и «Дигур хӕйрӕги куд фӕсайдтой» - Как дигорцы черта надули. Весь текст обеих сказок занимает (без перевода) всего пять страниц, однако он имеет большое значение для характеристики говора. Кроме того, В. Ф. Миллером на русском языке были записаны в Камунте и Галиате местные предания.
Как тонкий исследователь осетинского языка, В. Ф. Миллер не мог пройти мимо своеобразия говора жителей Уаллагкома. Во ІІ части «Осетинских этюдов», представляющей собою грамматическое исследование, во II главе («О диалектах осетинского языка») мы находим перечень особенностей «говора, в котором уже появляются некоторые черты дигорского»:
1) гласный И слышится иногда вместо Ы; это бывает не только после плавных и носовых: дзури - дзуры, балӕбури - балæбуры, бӕндӕни - бӕндӕны, мин - мын, но и после других согласных: систа - сыста, равдиста - равдыста, рубаси - рубасы, бæхи - бӕхы, бирӕгъи - бирӕгъы;
2) глагольные формы с конечным ӕ чередуются с формами чисто иронскими: кæнынцæ - кæнынц, кодтайдӕ - кодтаид; цæунцæ - цӕуынц;
3) встречаются формы с протетическими и (перед с) и без него: исуахта, исбидта и сбидта, иссардта;
4) окончании -ЫЛ Ы чередуется с У: усӕрдонул и усӕрдоныл. Дигорская форма БӔЛ еще не встречается;
5) иногда чередуются И и Е: игар и йегар (борзая собака), æттейæ -
æттиуйӕ;
6) нёбные Г и К вместо иронских Дж и Ч, хотя нередко слышатся и последние: гуллаги гулладжи, ки (qui) иронск. чи, но рядом встречаются и чи, чидæр;
7) гъ вместо хъ, например, в слове саугъӕд
- саухъæд «чернолесье».
8) конечное Н вместо иронск. М в окончании глагольных форм: амарæн - амарӕм, кӕнӕн - кӕнæм. Впрочем, так же часто встречаются и формы иронские.
О сведениях В. Ф. Миллера по языку уаллагкомцев надо сказать следующее: во-первых, отмеченные В. Ф. Миллером восемь отличительных особенностей речи жителей Уаллагкома подтверждаются всем нашим собранным языковым материалом; во-вторых, все своеобразие уаллагкомской речи не укладывается в рамки только этих восьми особенностей, которые касаются исключительно фонетики. Новые материалы позволяют говорить о характерных чертах также в грамматике и лексике наречия Уаллагкома. Более того, по текстам самого В. Ф. Миллера можно было бы произвести некоторые дополнительные наблюдения.
Так, даже в небольших текстах В. Ф. Миллера отчетливо проявляется значительный отход наречия от иронского диалекта и сближение его с дигорским в области лексики: в этих текстах мы находим около двух десятков дигорских слов.
Второе, что бросается в глаза, - это неустойчивость форм. Сплошь и рядом пронские и дигорские формы одних и тех же слов чередуются.
Возможно, что здесь иногда мы имеем дело с погрешностями в самих записях. Однако причина таких колебаний скрывается в самом наречии, которое образовалось и развивается благодаря весьма интенсивному взаимодействию систем двух диалектов: иронского и дигорского.
Речь уаллагкомцев не вполне единообразна и по отдельным селениям (аулам). Говор селений Дунта и Хуссар считается наиболее «типично уаллагкомским» и проявляет большее сходство с дигорским диалектом, чем говор других селений. Наибольшую устойчивость форм, как обычно, обнаруживает речь старшего
поколения.
В. Ф. Миллер посетил только с. Камунта. Если бы он вел записи и в других уаллагкомских селах, картина неустойчивости в его текстах была бы еще более пестрой. Кстати, следует заметить, что В. Ф. Миллер к числу уаллагкомских аулов ошибочно относит и с. Махческ, где проживают дигорцы.
См.: Исаев М.И. Дигорский диалект осетинского языка. 1966 г.
