ИСТОРИЯ ДИГОРЫ.
Г Л А В А II
СЕЛЕНИЕ ХРИСТИАНОВСКОЕ В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД.
5. Обострение классовой борьбы и революционные выступления крестьян – христиановцев в 80 – 90 годах.
Борьба трудящихся Осетии, в том числе и христиановцев, против национального, социального и политического гнета в 80-х и 90-х годах происходила в различных формах и проявлениях. В Осетии она шла повсеместно, но носила локальный и неорганизованный характер. Наиболее обостренные формы она принимала в тех селениях, которые сильнее и глубже были затронуты и втянуты в капиталистические отношения (с.с. Христиановское, Тулатово (Беслан), Ольгинское, Гизель и другие).
В рассматриваемые годы в селении Христиановском происходили неоднократные классовые выступления, которые по своему социально-политическому содержанию носили антиколониально-антифеодальный характер. Правильно отмечал М. Гарданов, когда писал, что после 70-х годов в селении Христиановском беспрерывно происходили крестьянские «бунты», имевшие не только экономический, но и политический характер. Наиболее острый характер они принимают в начале 80-х годов. Крестьяне-христиановцы «пылали ненавистью к тогдашним властям, - писал он, - готовились раскрепоститься, пролить кровь с условием, что ни одна капля алой драгоценной жидкости не пропадет даром. Народ ждал момента, когда он будет иметь своих выборных представителей: старшину, писаря, и священника из своей среды; старшие часто произносили тосты за самоуправление с такими словами: «Боже, дай нам такое счастье, чтобы наши власти были выборными из нашей среды, от писаря до священника и учителя»[i].
Наиболее знаменательным актом борьбы христиановцев во второй половине XIX века было их выступление в 1884 году. В то время старшиной селения был Александр (Дзаба) Бердиев. Терская администрация старшинами селений обычно ставила «надежных» людей, т.е. кулаков, торговцев, ростовщиков, а иногда и уголовный элемент. Бердиев тоже принадлежал к деревенской верхушке. Пользуясь поддержкой начальника Дигорского участка Антонова, а также кулаков и торговцев, он в отношении крестьян вел себя иногда вызывающе, обращался с ними грубо и дерзко, совершал незаконные конфискации имущества у односельчан, причем по малейшему поводу допускал большие злоупотребления; он, например, растратил общественные деньги в размере 1828 рублей. Все это выводило христиановцев из терпения. Тем временем христиановцы, несмотря на строгий запрет, продолжали самочинно порубку леса в Архонском лесу, которым раньше распоряжались они сами.
30 декабря 1884 года в сел. Христиановское прибыл тот же начальник 2-го (Дигорского) участка Владикавказского округа Антонов, чтобы объявить о назначении у них старшиной вновь Бердиева и предупредить их, христиановцев, прекратить «незаконную» порубку леса. Когда собрался сход, пристав приказал назначить старшине денежное вознаграждение, но в ответ поднялся «сильный шум». Сход разбился на две партии: одна – кулацкая
(«Елекоевская») партия, другая – бедняцко-середняцкая масса; обе партии выступили против Бердиева, но каждая из них предлагала своего кандидата. На сходе кричали: «Не желаем, чтобы Бердиев был старшиной, сами себе выберем старшину». Когда пристав стал им возражать, что закон не дает права сельским обществам самим избирать старшин, а назначает их высшее начальство, на сходе вновь поднялся «шум и крик», причем, доносил пристав Антонов, «кричащие начали близко подступать ко мне». На сходе все сильнее раздавались голоса; одни кричали - «сначала выгнать из селения пристава, а потом выбрать старшину»; другие – «нужно поколотить пристава»; третьи – «содержание дадим старшине, если сами его назначим; если же старшину назначает начальство, никакого содержания не дадим».
Чаша терпения христиановцев переполнилась, и они вначале набросились на Бердиева, избили его, а потом бросили его в речку Белую. Восставшие затем набросились и на начальника участка Антонова и его стражников. Первый удар ему нанес Дзабо Акоев – «дунайский кавалер». (Как известно, в период русско-турецкой войны 1877 – 78 годов многие христиановцы были ее участниками, будучи в рядах русской армии, и их называли «дунайскими кавалерами»). Вместе с Акоевым набросились на Антонова и его стражников и другие крестьяне, с криком древних сарматов «Марга». Произошел целый кулачный бой. В ход были пущены дубины и палки. Стражники – казаки Антонова бежали, а сам Антонов восставшими был арестован и посажен в «кутузку».
Хотя внешне борьба христиановцев была за выборность местных должностных лиц, по существу, они боролись за возвращение им отнятых у них земель, лесов, пастбищ, сенокоса и угодий.
Главными зачинщиками выступления христиановцев были Аслангирей (Михаил) Цаголов (поп-расстрига)[ii], Давид Уруймагов, Царай (Соломон) Гарданов (учитель), Сабан (Беслан) Гагулаев, Дзабо Акоев, Г. Газдаров, Гацыр Цаголов, Дзаге Залеев, Марза Кесаев, Магомет Уруймагов, Гатар Цагллов, Гаспо Туккаев и другие.
На фото Соломон (Царай) Гарданов.
Пристав в своем донесении, характеризуя общее положение в селении Христиановском, в котором якобы «беспорядки вечные», правильно констатировал остроту социальных противоречий, являвшихся основным источником обострившейся классовой борьбы.
Указывая на то, что селение Христиановское является одним из наиболее крупных населенных пунктов, где тогда было уже 6 тысяч жителей, он писал, что в этом селении «народ вообще зажиточный, но разделенный на несколько партий. Каждая из этих партий на общественном сходе желает своего кандидата и поэтому общественные дела в селении никогда не кончаются единогласно, они остаются или вовсе не решенными, или решаются по необходимости старшиною с доверенными, и с величайшим трудом приводятся в исполнение… Старшина не может заставить ни одного из жителей доставить дрова для отопления сельской школы или сельского правления…Жалованье писарям не платится, денежное взыскание не вносится, посылаемых казаков в помощь старшине для взыскания денег, бьют»[iii].
Вполне понятно, что выступление христиановцев вызвало переполох среди чиновников терской администрации. В Христиановское срочно были направлены военные силы, чтобы подавить «мятеж» в зародыше и примерно наказать зачинщиков. Зачинщики и некоторые другие участники движения были арестованы и осуждены – одни к тюремному заключению от года до шести месяцев, другие – к штрафам от 5 до 25 рублей. Осужденные к заключению были, по распоряжению начальника Терской области, высланы в Хасан - Юртовский округ и на остров Чечень.
Однако, эти репрессии не напугали христиановцев, они продолжали свою борьбу. Жители сел. Христиановского Кудайнат Цаголов, Сабе Елбаев, Василий Гагулаев, Михаил Цаголов и другие составили на имя начальника области «прошение», которое было подписано 382 чел.; в нем говорилось о «противозаконных» действиях, т.е. бесчинствах вновь назначенного сельским старшиной Бердиева, который в период пребывания в этой должности в 1881-1882 г. г. допустил, как они отмечали, «54 случая злоупотреблений» в деле взимания и расходования общественных денег.
Конечно, начальство было на стороне старшины, поэтому организаторы подачи этого «прошения» подверглись репрессиями: Савва Елекоев, Михаил Кесаев и Сабаз Фатцаров были высланы в тот же Хасан-Юртовский округ, а Василий Уруймагов, Василий Гагулаев и Михаил Цаголов – в Кизлярский округ на остров Чечень – «с учреждением на месте поселения надзора за их поведением»[iv].
Свои репрессивные меры начальник области мотивировал тем, что это было необходимо «для примерного и немедленного наказания виновников этих новых беспорядков», чтобы дать понять всему осетинскому населению, что подобные противозаконные поступки не остаются без строгого взыскания»[v].
Но и эти репрессивные меры не сломили волю и дух христиановцев. Они продолжали саботировать распоряжения местных властей, отказывались вносить денежные сборы на содержание чиновников местной администрации, доставлять дрова в сельское правление и т.д. В связи с этим резонно писали местные царские начальники о сел. Христиановском, что там «порядка в общественном правлении ровно никакого».
Следует отметить, что христиановцы, как и жители других плоскостных селений Дигории, вели упорную и незатихающую борьбу, то глухую, то открытую, в течение всей второй половины XIXвека против баделят, особенно Кубатиевых и Тугановых. В основе этой борьбы была прежде всего, земля, затем лес. Феодалы Тугановы и Кубатиевы запрещали крестьянам - христиановцам пользоваться «своими» лесами, но они продолжали порубки леса, так как без него им жить было невозможно. На этой почве между ними часты были столкновения и схватки. В таких случаях Терская администрация всегда поддерживала феодалов.
Открытое и массовое выступление христиановцев против них было еще в 1870 году.; эта борьба между христиановцами, с одной стороны, и Кубатиевыми и Тугановыми, с другой стороны, вновь обостряется в первой половине 80-х годов. Феодалы, особенно Тугановы и Кубатиевы, пользуясь поддержкой Терской администрации, начали захватывать их общинные земли, но христиановцы дали им решительный и дружный отпор; вопреки сопротивлению феодалов и местной администрации, христиановцы в казенном и частновладельческом лесу продолжали рубить дрова, в тех же землях косили сено, пасли свой скот и т.д.
Чтобы оказать дружное сопротивление стражникам феодалов и царской администрации, христиановцы обычно на вырубку леса выходили не одиночками, а целыми десятками и сотнями. Но и в таких случаях не раз бывали стычки между христиановцами и стражниками. Так было, например, в декабре 1886 года, когда произошел открытый бой между стражниками и христиановцами, которых было несколько сот человек. В этом «лесном бою» победу одержали дровосеки- крестьяне. Стражники вынуждены были бежать из Архонского леса, где произошло это столкновение, оставив на месте много личного оружия.
Аналогичные выступления крестьянских масс против царской администрации и местных угнетателей произошли одновременно и в других селениях Осетии – в Гизели, Ольгинском, Дурдуре, Карман-Синдзикауе, в Кора-Орсдоне и в других.
Все эти выступления были свидетельством остроты социальных противоречий и классовой борьбы трудящихся Осетии против социального и политического гнета, против царизма и его колониального режима, против осетинских феодалов – алдаров и баделят, а также против развивавшейся и крепнущей осетинской буржуазии.
Эти крестьянские выступления имели определенное значение, так как, несмотря на их стихийный и разрозненный характер, расшатывали буржуазно-помещичьи порядки и сплачивали массы на борьбу с самодержавием.
Характерной особенностью этой борьбы, носившей революционно-освободительный характер, являлась ее тенденция к слиянию с великой освободительной борьбой русского народа, имевшей своей целью свержение царизма и установление демократического строя.
В развитии освободительных идей среди трудящихся христиановцев и всей Осетии определенную роль играла и сыграла деятельность ее передовой, демократической интеллигенции. В селении Христиановском эту роль исполняли ее прогрессивные учителя, которые, кроме школы, большую работу проводили и среди народа (А. Медоев, Царай (Соломон) Гарданов и другие).
Эти передовые учителя и другие представители сложившейся светской интеллигенции читали запрещенную литературу, были знакомы с историей и деятельностью революционных кружков в России, и по их примеру, старались организовать тайные кружки, чтобы таким образом готовиться «на бой кровавый, святой и правый» вместе и под руководством русского рабочего класса, русского народа. Они вместе с крестьянами - христиановцами вели активную борьбу против административно-полицейского гнета.
В 80-Х годах вожаком этой группы интеллигенции селения, ее наиболее активным деятелем, был Аслангирей (Михаил) Цаголов.
«Лично мне, - пишет М. Гарданов, - приходилось слушать шумные речи Аслангирея (Михаила) Цаголова, полные революционного энтузиазма. На тайных собраниях, которые устраивались у нас дома, А. Цаголов всегда занимал председательское место, а секретарем – Царай (Соломон) Гарданов. Они составляли планы улучшения бесправного положения населения».
М. Гарданов далее подчеркивал, что «народ инстинктивно понимал восьмидесятников и внимал их голосу, но активных действий не мог делать.
Однако, идея о необходимости активной борьбы с административным произволом была брошена, она пала на благоприятную почву[vi].1
В дальнейшем, во второй половине 90-х годов, в селении возник и революционный кружок. К этому времени в нем воспиталось и возникло новое поколение светской интеллигенции в числе учителей, студентов – будущих инженеров, лесничих и других специальностей, которые стали проводить более активную революционную работу. Организаторы революционного кружка, который возник в 1986 году, был Инал Тотрукович Собиев (тогда еще студент Московского технического училища). В кружок, кроме него, входили: Г.М. Цаголов, М.К. Гарданов и другие.
Как утверждает М. Гарданов, кружок имел такое большое влияние в христиановском обществе, что 4/5 бедняцко-середняцкого населения были охвачены его пропагандой. «Христиановское тайное общество, - пишет он, - охватывало почти всех жителей селения и объединяло их в один революционно настроенный трудовой народ, который заговорил в один голос: «Долой административный гнет, произвол чиновников. Смерть буржуа и кулакам…»
Программа тайного кружка была расплывчатой и нечеткой, но для 90-х годов, в условиях колониального края, она звучала революционно. Члены кружка глубоко сочувствовали страданиям и тяжелой жизни трудящихся и искренне хотели помочь им в их борьбе за социальное, политическое и национальное освобождение.
Своей деятельностью члены кружка в этой или иной степени подготовили крестьян-христиановцев к последующему участию в последующих революционных событиях, особенно, в революции 1905 – 1907 годов.
[i] Цит. Соч., стр. 196
[ii] Аслангирей (Михаил) Цаголов – отец известного выдающегося осетинского писателя и публициста Георгия Михайловича Цаголова. Аслангирей некоторое время был на духовной службе. Но затем, на почве несогласия с догматами православия, он публично отрекся от православной службы (расстригся), поэтому называли его «поп – расстрига».
[iii] Материалы из истории Осетии, том. III
[iv] Там же.
[v] Материалы из истории Осетии, том. III, стр. 171
[vi] Цит. Соч., стр.196
